Лабиринт

За мной захлопнулась ржавая дверь.
Два оборота прошумели.
Стальной засов убил надежду на возврат.
А вокруг — проникающий в меня потоком дыма мерзкий смрад.

Рвотный рефлекс — это отторжение среды, пропитывающей внутренность души и разума, пропавшего в дремучем лабиринте.

Капканы зубастой стали расставлены под шконками, к ним приварены печати перевёрнутой звезды.
На них лежали, умирали, спали старые дельцы — олигархи, террористы, маньяки и воры, чьи духи бродят среди зарослей бетонных этих вечных лабиринтов.

Я бьюсь об стены, по ним сползаю, спиною чувствую всю сырость и могильный холод бездны тупиков.

Пятнистый дьявол подглядывал в глазок.
Он так следит и зубоскалит.
Он мастурбирует на страх и трепет перед участью тени.
Он призывает, провоцирует подробность собственного смысла.
Он множит ненависть в сердцах,
он любит струйки крови,
слёзы и потери обречённых.

В его укромных норах документы
с пентаграммами войны.
На стенах символы и цифры —
всё это знаки ада.

В углах, пригнувшись, хитро
смотрят упыри —
растлители детей, чудовища, сокрытые под масками рябыми.
Больной покорностью они прославили свой древний род.

Монотонно бормоча прописные шрифтами судейства заклинанья,
они хватали за ноги всех выживших бойцов,
оставляя их в плену у лабиринта,
где, может, и существует множество ходов,
но все они ведут лишь в бездну
смирения и смерти.
Они ведут лишь в обречённость бытия.

Я слышу хохот стражников рогатых,
я вижу, как свои когти на мизинцах точит новоиспечённый сатана.

Стены несут в себе призывы искушенья.

«Шанс дан готовым в жертву принести себя».

Несётся вой белокурого шамана.
Ликует безумная голодная толпа.

«Ура! Ура! Ура! Ура!
Спасение и свет за толщей, созданной рабами.
Я вижу волю лишь в выси небес.
Я плачу и кричу с закрытыми глазами.
Я чувствую, как и во мне самом ликует бес.

С каждой секундой силы истекают,
с каждым мгновением блекнет взор.
Здесь надо мною демоны витают.
И вдали скрывается забор.

Зажмурил я глаза до ряби в темноте.
Не помню ничего, не вижу выхода из далёкого туннеля.

Молитв церковных нету на устах.
Я теряю веру в природное добро у человека.

Так где найти спасенье,
если стержень внутренний на грани стёртости стоит?
Мне б силы долю почерпнуть из кусочка неба!

Ушёл в себя…

И в глубине прошедшего горит передо мной свеча знакомого мне силуэта.

Нет ничего. Лишь тишина…

Вечерней песней соловей украсил лето.
И аромат цветущих клумб,
и звук сверчков, и маленький уголёк от сигареты.
Её глаза, тепло ладони на плече,
дыхание влюблённости заветной.
Мерцание высоких звёзд
и первая волна в груди от
всплеска сладостных эмоций.

Мне бы навсегда остаться в вечере том самом, как в раю,
вдыхать свежесть травы, облитой росой, и слышать робкий шёпот —
«Я тебя люблю».

В рассвете первых чувств
под редкими каплями дождя
тяну мгновения в вечность,
постигая смысл жизни в этом.

И теперь передо мной всплывает та самая вечерняя пора,
которая спасёт меня своим ушедшим светом.

Открыл глаза без страха и тревоги.
Мне более неведом сатана.
И стены превратились в преодолимые пороги,
пока в душе моей та самая любовь с редкими каплями дождя.

(Июль 2025 года)

___
Это надо видеть | Илья Шакурский