Надежда Кадышева — это затянувшаяся шутка.

Для меня весь хайп вокруг нее проходит по разряду "пост-мета-юмор".

Вызывает это смешанные чувства. С одной стороны — весело, и даже почти мило, как дети пляшут под "Широку реку". С другой — странновато, как и любой опоздавший мем, Карл.

Я ведь помню вкусы людей во времена, когда Надежда Кадышева была в своем прайме — в странные девяностые годы.

Тогда народ был диковат, слушал в основном ерунду, однако музыка Надежды Кадышевой твердо стояла особняком даже среди читателей "Тещиного языка".

Ансамбль "Золотое кольцо" создавал произведения настолько цветастого бабушкинского отстоя, что от них пытались нервно отойти — и переключить радиостанцию, если вдруг они случайно заиграли. Ни у кого даже в мыслях не было начать слушать эту музыку всерьез, только через куплеты-пародии, в техно-ремиксе Профессора Лебединского.

Пожалуй, следующий шагом после прослушивания "Золотого кольца", был просмотр телепередачи "Играй, гармонь" всерьез.

Лично я, наверное, даже через два рукопожатия не знаком ни с одним фанатом "Золотого кольца", до его нынешней тикток-популярности.

Но в этом навязанном тренде мне интересно другое — как залетевшие внезапные песни уравнивают бывших кринжовых исполнителей вместе со всеми с остальными, "обычными".

Сегодня такое время — стыд закончился, и все стало примерно одинаково. Эстетики "вкуса" и "отстоя" захлебнулись в перелистывании коротких видосов, и теперь каждый музыкант равен каждому.

Плохого вкуса не существует.