Эстетика пиратства нулевых.

У метро стоял ларек, окруженный бродячими псами и бабками со стаканами семечек. На дверях ларька висел захлебывающийся динамик, из которого играло в основном то, что нравится продавцу — так громко, что собачий лай и бабок было не слышно.

Трудно сказать, сколько раз я возвращался в ларек, чтобы поменять лагающий пиратский диск любимой группы. Покупка дисков в те времена была похожа на лотерею, поэтому продавцы меняли их практически не глядя и разрешали выбрать следующий за те же деньги.

Прежде чем купить, нужно было долго разглядывать.

Во-первых они почти все были ужасно напечатаны — на угашенном струйном принтере, в котором три месяца назад выцвели все цвета. Лица моих любимых музыкантов были покрыты сине-красными волдырями, под воздействием жадности коммерсантов, которые хотели напечатать побольше, тратя на это поменьше.

Во-вторых они ужасно звучали, на основе mp3 файлов 128 килобит в секунду, где песни могли идти не по порядку, а то и просто заедать на ровном месте. Однажды я трижды пытался купить альбом, где третья песня заедала стабильно на минуте восемнадцать.

Задача меня, как меломана в те годы — найти наименее омерзительный пиратский диск, из тех, что существуют на рынке. И смириться с тем, что ты вынужден выбирать из "плохого" и "очень плохого".

Пятьдесят девять рублей стоил один компакт. Что по тем временам — довольно много. Пиво балтика тройка стоила девять.

Фирменный компакт-диск в магазине "Союз" стоил пятьсот шестьдесят один рубль.

Вот и считайте.