Мне кажется важным, и совсем не ироничным, что главный государственный певец — не одутловатый скуфидон и не качок с квадратной челюстью, а субтильный юнец в коже.

Еще со времен клипов с воронами, SHAMAN казался мне наследником скорее Брэндона Ли, чем Николая Расторгуева. Такого на концертах ко дню милиции не пели. Такое пели в готических клубах, для людей в жабо и боа.

Я думаю, вскоре он перепоет «Любимый немец» группы Отто Дикс, довершая свою любимую немецкую тему. Но не про того немца, про которого вы подумали.

SHAMAN — персонаж из вселенной Тилля Линдеманна. С огромными пылающими царь-пушками, кожаными ремнями крест-накрест и стальными шипами на лобном месте.

Он обнаружил настоящий эротизм патриотизма.

И теперь я окончательно понял смысл песни «Встанем».