Центральный районный суд Оренбурга сегодня отказал Виктору Филинкову в удовлетворении его первых исков к ИК-1. Ответчиками по искам выступала колония и УФСИН.

Удовлетворен был лишь иск по выговору, который ранее уже итак отменила прокуратура. Два других иска касались куда более серьезных нарушений прав Филинкова: двухнедельного содержания его в карантине в строгих условиях и в одиночке, а также назначения ему трех суток ШИЗО за употребление жаргонной лексики.

Адвокат Виктора Филинкова Виталий Черкасов утверждает, что их аргументы о незаконности действий ИК-1 были «железобетонными» и намерен обжаловать вынесенное решение.

Виктор и Виталий в ходе заседания обращали внимание суда на многочисленные нарушения, которые допустила администрация ИК-1.

— Иск о ШИЗО за употребление жаргонных слов.
Во время приемки этапа Виктор якобы был ознакомлен с Правилами внутреннего распорядка учреждения (это 42 страницы) за 20 минут, хотя по закону это должно происходить в течение 15 суток во время нахождения его в карантине. По версии колонии, будучи ознакомлен за 20 минут со всеми правилами, Филинков тут же нарушил их, употребив жаргонное слово. Сам Филинков утверждает, что с правилами его вообще никто не знакомил, а жаргонное слово он употребил в ответ на вопрос сотрудников, употребивших его первыми. Напомним, что уже во время этого суда по этому иску Виктору дали еще трое суток ШИЗО за то, что он произнес жаргонное слово, давая пояснение судье.

— Иск о помещении Виктора в отряд строгих условий на время карантина
По словам Виктора, за время суда позиция ответчиков по поводу законности помещения его в строгие условия менялась трижды. Сперва это объяснялось эпидемиологическими показаниями. Филинков в прениях опровергает этот довод: «Я был привит, о чем имеются соответствующие справки, и никакой угрозы не предоставлял. При этом, как нам пояснил свидетель Сафаров, он прибыл со мной из другого региона, Челябинска, и в отличие от меня содержался в общем карантине». Далее Виктор критикует смену позиций ответчиков: «Две последние позиции противоречат друг другу: то я опасен для осужденных; то они опасны для меня, и меня помещают в безопасное место».

Помимо основного нарушения — незаконного помещения Виктора в строгие условия — в прениях он обратил внимание на многочисленные сопутствующие этому нарушения: «В карантине условия мои были значительно хуже, чем в ШИЗО: у меня не было доступа к моим вещам, не было даже часа личного времени, в которые я мог писать письмо или читать книгу. При этом никаких воспитательных мероприятий со мной не проводилось, что также нарушило мои права, ответчик обязан в карантине ознакомить меня с правилами. Согласно УИК, осужденным не реже одного раза в неделю устраивают кинопоказы или просмотры телепередач. Я всего этого был лишен. Говорят о каком-то репродукторе — в камере ничего не было. Я должен был содержаться в общежитии, у меня должен был быть доступ к вещам, к телевизору, к написанию писем, к хранению документов при себе. У меня доступа ко всему этому не было. Не было доступа даже к моей еде, с которой я прибыл в ИК-1, ни чая попить не мог, ничего».

— Иск о выговоре за то, что Филинков не поздоровался с сотрудником.
Этот иск единственный, который сегодня был удовлетворен судом. Но ранее выговор уже отменила прокуратура, поскольку к моменту «совершения нарушения», Виктор не был ознакомлен с правилами и не знал, что должен здороваться с каждым работником колонии.

На рассмотрении в Центральном районном суде Оренбурга находится еще несколько исков Виктора к ИК-1. Их рассмотрение продолжится 14, 17 и 18 января.

С сегодняшнего дня Виктор снова содержится в ИК-1. Адрес для писем:
460026, г. Оренбург, Крымский пер., 119. ФКУ ИК-1
Филинкову Виктору Сергеевичу, 1994 г.р.

Реквизиты для финансовой помощи Виктору (в том числе на оплату работы и поездок адвоката в Оренбург):
5536 9138 3017 6836 (Тинькоф, Ольга Александровна)