— Нас пытаются обвинить в терроризме, описывая это как экстремизм и добавив за это [сроки] как за терроризм, — говорит в последнем слове Дмитрий Пчелинцев. — Обвинитель перекладывает функции опровержения доводов защиты на суд. В итоге, обвинять будет суд, а не прокуратура. Получается, никаких шансов защититься у нас даже чисто физически нет.

— Если кто-то еще надеется на наше правосудие, то у меня плохие новости. Если бы у нас был независимый суд, нам достаточно было бы сказать, что мы невиновны. Но у нас все наоборот: гособвинитель говорит, что мы виновны и мы не можем доказать обратное.

Пчелинцев заканчивает свое последнее слово просьбой к суду переквалифицировать дело на статью об экстремизме.