«На суде, который был в апреле 2019 года, он сказал, что виновен, и перечислил в чем. Было абсурдно смотреть, как „террорист“ признается в том, что ходил в походы, на концерты и прочее. Там не было ни одного пункта, который хоть как-то могли бы счесть незаконным. Да, была банка [найденного у него] старого черного пороха, которую он не отрицает. За нее он уже отсидел, хотя незаконное хранение взрывчатого вещества — это [обычно] штраф или условное.

Обвинение добивалось подтверждений, что обсуждались политические вопросы, как будто это что-то совершенно криминальное. Я не знаю, в каком мы обществе уже живем, что обсуждать политические вопросы стало преступным деянием, которое должно наказываться по закону. Даже если на акции или собрании кто-то высказывался о незаконной или законной смене власти, а я это услышал, я что, уже являюсь преступником? Если уж на то пошло, слышал я и не раз, когда кто-то высказывался в пользу незаконной смены власти — что, меня посадить в тюрьму сейчас за это?»

Интервью Николая Бояршинова «Медузе»: http://amp.gs/2e3y