— Хватит нарываться на похвалу, Нимфадора! — проревел Муди, вспугнув стайку голубей у соседнего столика. — Со мной это не пройдет. Что ты хочешь, чтобы я сказал? Я знаю тебя. Ты не бежишь, поджав хвост. Не отказываешься идти в темноту только потому, что оттуда раздалось шипение. Ты что, забыла, какую полевую тренировку я вам устроил в заброшенном поместье? Под конец ты разревелась, размазывала сопли по лицу, но продолжала идти и выполнила в итоге даже те задания, от которых у меня самого душа в пятки уходила. А теперь ведешь себя так, как будто в первый раз испугалась? 

— Тогда я точно знала, что все это понарошку! А теперь… Все вокруг как будто в сотню раз смелее меня. Даже Тулип… — пробормотала она, поднося к губам кружку.  

Исполосованные шрамами губы Муди скривились в усмешке.

— Смелее? Твои наставники — одни из самых храбрых людей, которых я встречал, но в ночь, когда они одолели Волдеморта, твой венценосный дядюшка выглядел, как напрудивший лужу щенок.