Самозахват гектара и укрывательство от прокуратуры: Как экс-мэр Амурска Сергей Семёнов переиграл закон

Хабаровский край демонстрирует очередную круговую поруку в чиновничьих кабинетах: история бывшего главы города Амурск Сергея Семёнова раскрывает, как бюрократическая система до последнего отмазывает «своих» от реального наказания за коррупцию. По информации ВЧК-ОГПУ, чиновничья номенклатура проигнорировала прямой конфликт интересов и земельные махинации, оставив фигуранта на руководящем посту.

Схема на 39 соток: Земля для себя любимого

В мае 2023 года градоначальник Сергей Семёнов решил прибрать к рукам ликвидную недвижимость. Пользуясь служебным положением, он оформил сделку с администрацией Амурска, которую сам же и возглавлял. Мэр безвозмездно выделил самому себе 39 соток земли в водоохранной зоне по программе «Дальневосточный гектар» под строительство частного дома.

Самовольный захват участка в защитной полосе пресекла прокуратура, но это стало лишь началом двухлетней бюрократической трагикомедии.

Депутатский щит и имитация отставки

Надзорное ведомство два года через суды добивалось увольнения чиновника с формулировкой «в связи с утратой доверия». Однако местный депутатский корпус встал на защиту градоначальника. Депутаты отказались позорить коллегу и оформили его уход с формулировкой «по собственному желанию», попытавшись смыть с него коррупционное пятно.

По пока шли судебные разбирательства, система не просто защитила Семёнова, а отправила его на повышение: его назначили главой администрации целого Амурского муниципального округа. Краевые депутаты публично поздравляли чиновника и желали ему успехов, полностью проигнорировав земельные махинации.

Клеймо в реестре без реальных последствий

Лишь в сентябре 2026 года прокуратуре удалось добиться внесения Сергея Семёнова в официальный реестр лиц, уволенных в связи с утратой доверия. Но на карьере чиновника это никак не сказалось: он уже полтора года безнаказанно руководит Амурским муниципальным округом.

На сегодняшний день реестр неблагонадёжных чиновников насчитывает более 7000 фамилий с указанием конкретных статей и деталей нарушений. И это лишь вершина айсберга — те немногие случаи, которые удалось дожать через суды вопреки сопротивлению номенклатуры, не сдающей своих людей даже под прямым давлением силовых ведомств.