Продолжим знакомить новых читателей и напоминать бывалым о славных деньках нашей работы с музыкантами, издателями и представителями отечественных лейблов. Дип хаус, эмбиент, драм-н-бейс и множество других стилей за один час. Иногда я прошу интересных мне музыкантов записать шоукейс из их лучших работ. Тринадцатый выпуск представляет Кирилл Hoavi. В 2020 году он записал для нас невероятно мультижанровый зе бест, в основе которого мягко плавающий звук — будто теплое свечение заходящего солнца перед ночной поездкой за рулем. Слово автору: «Микс состоит из треков периода 2013—2020. Один выйдет в этом году, часть треков не выйдет никогда, а часть можно найти открытом доступе». #repeat
Предыдущие выпуски наших гостей смотрите по тегу #guest
Альбом на ночь: Artec — Square One (Full album/2012) • Deep House, Ambient Как указывают сами авторы, большая часть материала для пластинки была записана еще в начале нулевых. Альбом собрали ближе к 2012 году, когда участники группы (Брюс Бикертон и Стюарт Нисбет) решили все же довести до ума пылящиеся в уголках жестких дисков свои наброски. Местами все звучит в лучших традициях Терри Ли Брауна младшего. #бессонница
Когда Hospital Records выпустили в разгар текстепа свою первую пластинку, один из магазинов вернул их джазстеповый релиз с ответом «Мы не продаем гейский драм-н-бейс». Прошло 30 лет, ликвид фанк ни у кого не вызывает вопросов и Hospital Records сравнивают с великим и закрытым ныне Good Looking по степени влияния и наследия.
За последние 20 лет дисс Тони Коулмана на Френки Наклса и Деррика Мэя за то, что пионеры хауса и техно по-нищебродски играют с сидюков — тоже перестал быть актуальным. Коулман давно играет с компактов сам. Короче, смотрите небольшой рассказ о кухне лейбла, его спартанской студии, нарезке винила и обзора ключевых артистов лейбла: High Contrast, Nu:Tone, Logistics. #repeat
Перевод ролика: Михаил Александров, Дмитрий Кутузов Озвучка: Дмитрий Кутузов
Спасибо сообществу KZNDNB за труд. Остальные фильмы о джангл/драм-н-бейсе и другой электронной музыке — смотрите в нашем большом лонгриде.
Роланд Восс в 70-е барабанил фанк, в 80-е изучал возможности электронных инструментов, а в 90-е решил начать музыку не только записывать, но и издавать. Он опробовал джангл, попробовал трип-хоп, но остановился на мягкой и светлой музыке с неторопливым ритмом.
Под именем Lemongrass Роланд в конце девяностых замешивал между собой фрагменты с чужих пластинок и общедоступных семплов, а под конец нулевых удивил эмбиент-альбомами, в которых было одно лишь плотное гудение синтезаторов. С тех пор он попеременно уходит то в одну, то в другую стихию. За 25 лет Роланд выпустил немало музыки и самая лучшая вошла в сегодняшнюю пятичасовую подборку. #playmylist #repeat
В рубрике «Что почитать» — книги про электронную музыку. Сегодня про отечественное издание Energy flash Саймона Рейнольдса — про «Вспышку энергии», которая в конце 2022 года наконец-то вышла на русском языке. Пухленький томик на 650 страниц, где минимум про вещества и максимум повествований о самой музыке, становлении лейблов, записи треков, признаний музыкантов, проведении клубных вечеров и формировании жанров.
Рейнольдса не всегда просто читать и в оригинале — в его текстах полно причудливых слов и красочных эпитетов (названия «пост-рок» и «нейрофанк» — плоды именно его фантазии). В русском варианте авторские вензеля сохранили, но эти издержки стиля с лихвой компенсируются добротным переводом — над текстом колдовали неравнодушные люди. Владельцы же английских изданий тонко почувствуют переводы заглавий, из которых сквозит родное Everything starts with an E, Fight for your right to party, 2-steps forward, которые на могучий и родной точь-в-точь не переведешь.
Рейнольдс встречал зарождение рэйва в родной Британии будучи уже 30-летним рок-журналистом. В течении всего следующего десятилетия он со страниц различных музыкальных изданий год за годом будет рассказывать о музыке «хардкор континуума» — почти что всей английской электроники, которая зародилась после Второго лета любви ‘88 года. Логично, что в конце 90-х эти заметочки и стали материалом для первого издания книги Energy flash (в заокеанском варианте Generation ecstasy), которая для многих стала библией, таким заграничным вариантом «Музпросвета».
Рейнольдс начинает как положено: с американской триады Чикаго—Нью-Йорк—Детройт, плавно переходя к взрыву эйсид хауса в Лондоне, возникновению хардкор техно, а после: музыки не для всех (IDM), пиратских радиостанций, джангла и драм-н-бейса, габбы и гэриджа, трип-хопа и транс-музыки, не забывая о феномене супердиджеев, семплировании и технологиях, благодаря которым у домашних музыкантов в 90-е получилось все, что в 70-е не было возможным даже с тремя шкафами оборудования. В последнем издании 2013 года (оно и было переведено на русский) Рейнольдс, помимо всего прочего, подводит итоги большого взрыва электроники; с печалью констатирует, что музыка с начала нулевых находится тупике; и размышляет над фактом, почему вместо новых идей музыканты бесконечно обращаются к старым.
Внимательные читатели, конечно, могут заметить, что оглавления в книгах об истории электроники везде одни и те же — дык, и история-то глобально одна (кто будет для разнообразия говорить, что техно зародилось в Сингапуре?). Оглавления одинаковые, но содержание разные. Мемуары Рейнольдса и Гарнье — все равно разные, несмотря на то, что пишут про одно — у каждого свои детали, свои пояснения, своя колокольня. Каждый смотрит на электронику под своим углом. Вот из многообразия этих книг и взглядов и складывается большая мозаика про историю электронной музыки. #чтопочитать #repeat
