ᅠᅠᅠ🩷🩷🩷🩷🩷🩷🩷🩷
〰️алипсо сидела в своём кабинете, перебирая свитки. Её знали закрытым и отстранённым ангелом, поэтому приходили к ней только по делу, кроме Аккеруллы, конечно. Но сегодня кое-кто решил нарушить эту «традицию».
Тишину нарушили три робких стука в дверь.
— Войдите, — произнесла Калипсо, откладывая очередной свиток в сторону.
В проёме показался молодой ангел. Она была слегка напряжена, что выдавали пальцы, нервно теребящие край фаты.
— Представьтесь, пожалуйста, — спокойно сказала Калипсо, внимательно разглядывая гостью.
— Мимфа, Ваша Светлость! — звонко ответила она. — Вы меня совсем не помните?
Судья серьёзно задумалась. Ах да… Точно. Ей вспомнилась внезапная встреча в Саду Эдема на прошлой неделе. В тот день она позволила себе редкую прогулку в одиночестве, надеясь насладиться тишиной, как вдруг из-за куста сирени вынырнула эта пташка.
— А правда, что, если ангел сильно провинился, ему вырвут крылья?
— Ваша Светлость, а Вам никогда не хотелось перекрасить свой кабинет в розовый цвет?
— А как Вы смогли подняться так высоко в иерархии?
Калипсо отвечала сухо в надежде, что птенец наконец отстанет и найдёт себе занятие полезнее. Но Мимфа даже не думала об этом. Она сидела рядом на скамейке, болтая ножками и засыпая судью вопросами. Возможно, ей и не нужны были развёрнутые ответы. Её искренность и любопытство тронули Калипсо настолько, что она, к собственному удивлению, не прогнала Мимфу.
— Да… Конечно, я помню тебя. — слегка растерянно пробормотала Калипсо. Она указала на стул, приглашая присесть. — Присаживайся.
Мимфа послушно села, с любопытством рассматривая белоснежный кабинет. Здесь всё было расставлено в идеальном порядке: все свитки лежали под одинаковым углом, уложенные печатью к печати, перья в подставке торчали ровно. И только сейчас, под взглядом постороннего, Калипсо вдруг показалось, что эта стерильность выглядит так уныло.
Повисла долгая тишина. Обычно Калипсо выдерживала такие паузы, заставляя посетителей нервничать, но с маленькой Мимфой это не работало. Юный ангел просто сидела и улыбалась, рассматривая всё вокруг, и, кажется, совершенно не смущалась.
— Ваша Светлость, а Вы вчера на закате смотрели на облака? Они были розовые, как сахарная вата, которую мне давали пробовать в мире людей.
Калипсо тяжело выдохнула. Она привыкла к тому, что её боятся, ценят за строгость или ненавидят за вынесенные приговоры. Но эта детская искренняя наивность всегда выбивала из колеи. Так хотелось приласкать этих птенцов, обнять, потрепать волосы.
— Я была занята, — сухо ответила Калипсо, но тут же, поймав себя на мысли, что звучит слишком грубо для этой наивной души, добавила, — но я видела закат краем глаза. Красиво.
Глаза Мимфы засияли.
— А знаете, что я ещё заметила? Когда Вы смотрите на свитки, Вы та-а-ак хмуритесь. А когда смотрите в окно, Ваши крылья чуть-чуть расслабляются.
Калипсо замерла. Этот птенец был таким внезапно внимательным, что это вызывало в груди давно забытое чувство.
— Ты слишком наблюдательна пташка, — сказала Калипсо, стараясь придать голосу строгость, но у неё это плохо получилось.
— Почему? — искренне удивилась Мимфа. — Мне кажется, уметь замечать что-то доброе в других — это хорошо.
Калипсо слегка улыбнулась, но получилось не очень дружелюбно. Она протянула руку к стопке свитков, но вместо того, чтобы взять бумаги, подвинула к Мимфе вазочку с засахаренными звёздочками, которые стояли здесь просто так и которые никто никогда не ел.
— Угощайся, — сказала Калипсо, наблюдая за девочкой, — и расскажи мне ещё что-нибудь интересное.
Мимфа радостно кивнула, взяла сразу две звёздочки и начала увлечённо рассказывать все истории, которые знает, засыпая судью вопросами. Калипсо, сама того не замечая, откинулась на спинку кресла. Ей всё ещё было непривычно говорить с кем-то так непринуждённо, но в этом было что-то такое, ради чего, возможно, стоило иногда нарушать собственные правила.
〰️ 〰️uᴛhᴏr :: 🩷