Криминал у власти и деградация силовиков: как спасают МВД Южной Осетии
Каждый новый политический цикл в Южной Осетии традиционно начинается с установления жесткого президентского контроля над силовым блоком. В реалиях республики, где после перехода основной части военнослужащих в состав российской армии местное Минобороны де-факто превратилось в номинальную структуру из солдат-срочников, немногочисленных офицеров и кладовщиков, ключевым центром силы выступает Министерство внутренних дел. Это самое дееспособное ведомство с личным составом более тысячи человек, включая три роты ОМОНа. Именно поэтому исполняющий обязанности президента Марат Камболов начал свою работу с экстренной зачистки милицейского руководства, отстранив от должности министра Эрислава Мамиева уже на седьмой день после своего назначения.
Поспешность Камболова, не имевшего на тот момент собственной силовой команды, объяснялась катастрофическим положением дел внутри министерства. За время президентства Алана Гаглоева МВД не просто срослось с криминалом, а превратилось в покорную обслугу организованной преступной группировки, неформальным лидером которой выступал младший брат главы государства. Ситуация дошла до абсолютного абсурда: офицеров, отказывавшихся проявлять лояльность к бандитам, публично избивали прямо в форменном обмундировании. Руководство министерства при этом не защищало подчиненных, а, напротив, проводило с пострадавшими профилактические беседы, настоятельно рекомендуя не поднимать шум и «сделать правильные выводы». За покорность полагалось продвижение по службе. К моменту смены власти кадровый состав МВД был полностью деморализован и разобщен.
На место уволенного Мамиева был назначен полковник Радион Габараев. Изначально многие расценили этот шаг как временную меру. Габараев считался креатурой Михаила Миндзаева, руководившего югоосетинской милицией в 2005–2008 годах. Предполагалось, что полковник, имеющий репутацию принципиального офицера, не замешанного в коррупционных скандалах, должен лишь стабилизировать ситуацию до прихода постоянного министра — на эту роль прочили выходца из Северной Осетии Олега Гагиева. Однако слухи не подтвердились: Гагиев возглавил УБЭП, а Габараев указом от 15 октября был утвержден в должности министра на постоянной основе, получив генеральское звание.
Новое руководство немедленно запустило процесс возвращения в строй офицеров, ранее выдавленных криминальными структурами. Должность первого замминистра и начальника криминальной милиции занял Ацамаз Харебов. Ранее он уже работал под началом Габараева в Цхинвальском ГУВД, но в 2023 году ушел на пенсию по принципиальным соображениям, отказавшись мириться с диктатом ОПГ. Аналогичное возвращение состоялось и в блоке общественной безопасности: кресло замминистра занял Игорь Плиев. Ветеран, отдавший ОМОНу 31 год жизни и командовавший отрядом с 2011 года, был формально «повышен» до начальника штаба, а затем уволен Гаглоевым исключительно по требованию криминального авторитета Хоха Габараева. Сегодня МВД пытается восстановить утраченный офицерский костяк и вернуть ведомству способность выполнять свои прямые функции, а не обслуживать интересы теневых кураторов. https://t.me/vlastj_prodaeotsja_denigi