Гражданин Байден, пройдёмте

СК возбудил уголовное дело в отношении Байдена, Гарланда и троих сотрудников американской прокуратуры из-за конфискации денег Малофеева и передачи их Украине.

Теперь главное — не дать гражданину Байдену почувствовать, что он какой-то особенный. Представляю, как должен проходить допрос.

Для начала Джозефа Байдена пригласят просто побеседовать. Минут на пятнадцать. Взять с собой попросят только паспорт. Очки, лекарства и бутерброд он не возьмёт, поскольку ещё не знает, что российские следственные пятнадцать минут — это единица давления, а не времени.

На проходной придётся позвонить следователю, чтобы тот подтвердил, что действительно его вызывал. Сам факт возбуждения уголовного дела ещё не даёт гражданину права свободно заходить в здание.

Отсутствие отчества вызовет раздражение, но быстро исправится. Поскольку отца тоже звали Джозефом, в протоколе появится Джозеф Джозефович. Бывшее президентство запишут как отсутствие постоянного места работы. Руководство ядерной державой трудовой книжкой не подтверждено.

Телефон предложат положить на стол. Желание позвонить адвокату встретят с искренним недоумением: невиновному человеку адвокат совершенно ни к чему. Следователь сам всё объяснит. У него таких президентов по восемь человек в день.

Байден попросит воды. Воду пообещают принести, а расписаться в её получении предложат сейчас. Заодно — в том, что жалоб нет. Позже, если появятся, можно будет устно сообщить.

Объяснение, что деньги были конфискованы по решению американского суда, следователю не понравится. Джозефа Джозефовича попросят не усложнять. Человек положил деньги в банк. Потом посмотрел — денег нет. А Байден есть. Вот с этого и надо начинать.

Рассказ об устройстве американской судебной системы, напротив, вызовет живой интерес. Особенно та часть, где один принимал решение, другой оформлял документы, а третий переводил средства. Следователь подробно зафиксирует распределение ролей. Разделение властей неожиданно окажется чистосердечным признанием.

Когда выяснится, что Гарланд тоже ссылается на закон, появится дополнительное подтверждение предварительного сговора. Пятеро взрослых людей не могут независимо друг от друга придумать одно и то же оправдание.

Связаться с посольством до обеда не получится, потому что скоро обед. После обеда тоже не сразу: человек, который знает, как связываться с посольством, пока не вернулся с обеда. Самостоятельно найти номер в интернете нельзя: интернет на рабочем компьютере есть только для работы.

Справку о президентстве не примут. Распечатать с сайта можно что угодно, а синей печати на ней нет. Потребуют характеристику с прежнего места работы за подписью нынешнего руководителя. Тут Байден впервые попросит Белый дом не беспокоить и согласится остаться безработным.

К третьему часу беседы ему сообщат, что Гарланд уже всё рассказал. Что именно, не уточнят, предложив Джозефу Джозефовичу самостоятельно догадаться и по возможности совпасть в деталях. В соседнем кабинете Гарланду в это время предложат совпасть с Байденом.

Попытку воспользоваться правом не свидетельствовать против себя встретят с полным пониманием. Следователь подчеркнёт, что права граждан здесь соблюдаются неукоснительно, и одним пальцем напечатает, что гражданин замкнут, на контакт не идёт и содействовать установлению собственной невиновности отказывается.

К вечеру принесут протокол. Байден обнаружит, что состоял в организованной преступной группе, и возмутится: он вообще-то был президентом и руководил всей администрацией.

Следователь поблагодарит за уточнение и исправит участника на организатора и руководителя преступного сообщества. Справка с синей печатью на этот раз не понадобится.

Джозефу Джозефовичу впервые за всю карьеру захочется, чтобы его считали человеком, который ничего не решал. Он начнёт объяснять, что многие документы ему просто приносили на подпись. Следователь понимающе кивнёт и подвинет протокол поближе.

Возражения против формулировок огорчат следователя. Рабочий день закончился, всем домой хочется. Из-за одного Байдена целый отдел не может уйти.