𝐷𝑒𝑎𝑟 𝑑𝑖𝑎𝑟𝑦…

Я никому ранее не вверял этих мыслей — они слишком долго жили лишь в тишине моей души. Надеюсь, Вила не отяготит то, что я решил доверить ему нечто столь сокровенное.

Я бесконечно благодарен mes parents за то, что они стараются учитывать мои интересы и искренне пытаются вникнуть в мой мир. Но порой... порой мне кажется, что то самое, искреннее и подходящее время для этого уже неизбежно упущено.

🌟 Каждый человек принадлежит своему месту и излучает свою, особую ауру, но я не ошибусь, если скажу, что рядом с Вилом всё обретает истинное совершенство — будь то оглушительный шум концерта или же молчаливое величие музейных залов.
И я не мог не заметить, как легонько дёрнулась его бровь, когда я упомянул слово rendez-vous. Ах, мой прекрасный Король не терпит, когда утончённые вещи становятся слишком обыденными! Что ж... Отныне это слово станет моей маленькой, эксклюзивной тайной. Поэзия "rendez-vous" будет принадлежать только ему — и никому более

Протяни мне своё сердце,
Прошу, вверь его в мои руки.
И я клянусь всем самым ценным:
Не разобью в мгновенье разлуки.

Мне не нужно владеть им, вовсе нет,
Лишь позволь ощутить его тепло,
Почувствовать биение — каждый стук —
На кончиках пальцев, без лишних слов.

Позволь мне пасть ниц пред тобой,
Склонив голову в тихом поражении,
Ибо я всё же был пронзён стрелой —
Без единого шанса на спасение.

И я не желаю быть спасённым,
Принося себя в жертву на алтарь любви.
Пусть погубит меня сам Юпитер,
Лишив разума, как я и молил.

И пусть паду я, подобно Икару,
Опалённый величеством твоих черт,
Я сохраню эту сладкую кару —
Твой острый взгляд как немой ответ.

Дописать

🤩Честно, ты был прав обо всём. О том, что о некоторых вещах не стоит зарекаться, ибо время слишком текуче и коварно, будучи способным перевернуть всё. И о том, что отношения между людьми имеют привычку меняться.
Ведь за эти три года… я получил возможность называть друзьями нескольких чудесных людей. Осознал, что желал бы быть ближе к некоторым из них. Что воспринимаю кого-то как члена семьи. И что я… влюблён.
Я думал об этом последние недели. И боюсь, эти мысли не желают покидать меня, даже когда я с головой погружён во что-то иное — ведь из раза в раз каждая деталь отсылает к тебе. Каждое событие вызывает мысль о том, понравилось бы оно тебе или вызвало бы восторг; каждая мелочь, каждое украшение, новый вкус, хорошая музыка или интересная книга. Каждое новое место шепчет мне, что тебе бы там обязательно понравилось. И я искренне желал бы, чтобы каждый этот миг был так или иначе разделён именно с тобой.
Ты правда потрясающий человек, Roi de mon cœur. И я… не могу, увы, сказать, что кто-либо в этом мире "прекраснее всех на свете". Каждое создание слишком уникально и красиво по-своему, чтобы для сравнений существовали хоть какие-то критерии. Но то, что я испытываю к тебе и при виде тебя… Это гораздо больше, чем простое опьянение твоей красотой. Гораздо больше, чем восхищение и желание наблюдать за тем, как ты становишься прекраснее день за днём.
Это желание участвовать в каждом твоём дне. Это искренний трепет. Восторг, который невозможно сдержать. Нечто, что ослепляет сильнее полуденного солнца, заставляя моё сердце биться в совершенно ином, диком ритме, от которого перехватывает дыхание. Чувство, которому я готов безоговорочно подчиниться.

Я понимаю, что мой способ любить может казаться непривычным или слишком эксцентричным для той высокогорской вершины, которой ты достоин. Но я бы желал любить тебя так, насколько я способен этому научиться. Любить тебя так, чтобы ты почувствовал: мои чувства искренни, горячи и не утихнут никогда. Я бы желал любить тебя даже спустя десятилетия, наблюдая за тем, как ты всё так же растёшь и меняешься. Я бы желал, чтобы твой силуэт мелькал в каждой нарисованной мною картине, в каждом написанном стихе и на каждой фотографии.

И даже если это не взаимно, я хочу поблагодарить тебя за саму возможность испытать это чувство. Мне никогда и ни к кому не доводилось испытывать столько всего одновременно. Испытывать так много, что тело ломает физически. И я благодарен, что ты позволил мне сказать всё это вслух — ибо было бы нечестно и перед тобой, и перед собой молчать о подобном.

📸

Я проследил за ним утром. Кажется, он в порядке

А затем - поцелуй. И теперь я сижу здесь и вверяю тебе это всё

Ох. Как же я его люблю. И молчать об этом я даже не пытался. Вряд ли бы он запомнил, а мне было так жизненно необходимо озвучить вслух то, к чему я пришёл. Но я правда не ожидал услышать от него обвинения во лжи из-за того, что я всегда "выбираю не его"
Неужели ситуация с VDC настолько его задела и задевает до сих пор? Он и в этот раз ответил, что нет, и попросил "не строить из себя идиота", ведь дело не только в этом. Но в чём тогда? Ответ "во всём" не проливает свет на истину. А я никого никогда и не выбирал. Это не то, что свойственно моей природе.
Он вздохнул. Сказал молчать и не действовать ему на нервы. Затем снова ругал

Он всё же выпил и пошатывался. Под его недовольную ругань о самостоятельности и самодостаточности я взял его под руку, чтобы довести до комнаты. Отвлекал пустыми разговорами, и в какой-то момент он наконец перестал отбиваться. Я никогда не видел его таким.

Ох, дорогой дневник, я не знаю, с чего начать. Не знаю, писать ли о его нежных, тонких пальцах и железной хватке, о его запахе, о том, какими глазами я смотрел ему вслед. Я был готов сесть у его дверей и умолять, если бы не была глубокая ночь и если бы от него не последовал прямой приказ.
Я так хочу рассказать тебе всё. И в то же время так сильно желаю сохранить всё это только для себя. Только для своих глаз, своих рук, сердца и памяти. Чтобы даже ты не знал, каким он может быть. Чтобы знания о том, насколько он невероятен, были доступны только мне. Только моему взору.

За секунду до этого он говорил о том, какой я наглый, грубый и абсолютно бестактный, а я лишь хотел частично это опровергнуть.

Мне никогда прежде не доводилось целоваться. Я не представлял свой первый поцелуй и не имел никаких ожиданий, но я точно не представлял его… таким. На губах всё ещё чувствуется вкус алкоголя и то, какой он… я не могу подобрать подходящего слова.

Он ведь. Не совсем был в сознании. И это столь подло - целовать его в ответ, пока он.. такой.

Ох. les Sept Redoutables. Должен ли я говорить ему об этом, учитывая, что он был пьян?

Он. Он сам поцеловал меня. Схватил за щёки и притянул к себе, сразу же углубив поцелуй. Я растерялся, но вовремя обнял его, прижав к себе — мы чуть не врезались в стену. А после он резко отпрянул, оттолкнул меня и захлопнул дверь прямо перед самым носом, приказав никогда больше не появляться на его пороге.

Мы поцеловались.

Oh, Mon cher journal, я разве виноват?
Я сразу же выразил после, что это не влияет на моё отношение к нему самому. Это вещи, которые стоит держать порознь.