Парк «Роев ручей» Красноярск

Ловите расписание показательных кормлений в предстоящие выходные 19 и 20 сентября 👆👆👆

Зажировка как искусство: уроки от манула Бориса

С 1 сентября манул Борис официально переведен на осенний рацион. И если вы думаете, что это просто «добавили ложку корма», вы глубоко заблуждаетесь. Это старт большого марафона, имя которому — зажировка.

Как зоологи понимают, что пора увеличивать порции?
Тут в дело вступает строгий научный метод: регулярные контрольные взвешивания и внимательное наблюдение за поведением. Эти рутинные, на первый взгляд, процедуры дают специалистам бесценную информацию о сезонных циклах в жизни манула.
Организм палласова кота — штука тонкая, реагирующая на сокращение светового дня и перепады температур. И вот в конце августа киперы заметили: стрелка весов под Борисом поползла вверх, а его аппетит проснулся раньше, чем сам Борис. Сначала он стал доедать всё до последней крошки, потом начал выразительно смотреть на пустую миску, а затем и вовсе научился взглядом гипнотизировать сотрудников, проходящих мимо вольера.

Справедливости ради, сами манулы о соревновании, скорее всего, не подозревают. Им было бы все равно, даже если бы им вручили золотую медаль за самый большой живот. Единственное, что их волнует — это температура воздуха и количество еды в тарелке. Но нам, людям, приятно верить, что Борис чувствует поддержку трибун. Хотя его морда при взгляде на камеру обычно говорит: «Отстаньте, я занят: я ем, а потом буду лежать. Это очень тяжелая работа».

Почему манулы вообще толстеют? Это не прихоть и не склонность к чревоугодию, а строгая эволюционная необходимость. В дикой природе палласовы коты живут в зонах с резко континентальным климатом, где зимой температура запросто падает до минус пятидесяти. Чтобы не превратиться в ледяную скульптуру, нужно нарастить солидную прослойку жира. А еще — отрастить мех, который у манулов считается самым густым среди всех кошачьих: до девяти тысяч волосков на квадратный сантиметр. Для сравнения, у домашней мурки их всего около двухсот.

Поэтому Борис осенью выглядит так, будто он не набирает вес, а надувается изнутри. Его и без того круглые щеки становятся похожи на два пушистых бублика, а походка — если вдруг он решает перейти из одной точки вольера в другую — напоминает медленное перекатывание очень сытого, но крайне недовольного облака.

Что же входит в осенний рацион Бориса? Это не просто «мясо и трава», а продуманная диета, разработанная зоологами. Манулы — облигатные хищники, их основу составляют грызуны, перепела, цыплята. Сейчас калорийность порций увеличена, добавлены более жирные компоненты. Разумеется, все под строгим контролем ветеринаров: важно, чтобы Борис набрал нужную массу, но не перегрузил печень и сердце. Тут не до шуток: даже у такого мощного зверя лишний вес может стать проблемой.

Но Борис, судя по всему, о таких мелочах не переживает. Его философия проста: если дают — надо брать. И лежать. И снова брать. Его день в начале осени выглядит примерно так: утренний моцион (переход от лежанки к миске — примерно полтора метра, очень утомительно), завтрак, послеобеденный сон (длится до обеда), обед, вечерний моцион (переход от миски к лежанке), ужин и стратегический сон до завтрака. Идеальный график для того, кто готовится к зиме.

У манула Бориса есть одна особенность, о которой знают все его поклонники: он не выносит суеты. Громкие крики, стук по стеклу, попытки привлечь внимание — все это вызывает у него справедливое возмущение, которое он выражает единственным доступным способом: глубоким, медленным взглядом, полным вселенской скорби. Поэтому, если вы придете в «Роев ручей» поддержать его в соревновании по зажировке, делайте это тихо. Можно мысленно. Борис оценит.

Кстати, манулы не умеют мурлыкать. Они общаются коротким, похожим на сиплый лай звуком. Но Борис настолько немногословен, что даже это делает крайне редко. Зачем слова, когда есть красноречивый живот?

Так что следите за новостями. Возможно, уже к ноябрю Борис станет не просто манулом, а манулом-тяжеловесом. И тогда мы с гордостью скажем: «Наш Борис — самый круглый!» А он в ответ только зевнет. И это будет лучшее «спасибо».

Знаете, что общего у белого медведя и профессионального пловца? Всё.
Только у пловца есть шапочка, очки и тренер, который кричит с бортика, а у медведя — 10-сантиметровый слой жира, чёрная кожа и уверенность в том, что он всё делает правильно.
И, глядя на то, как Феликс из «Роева ручья» рассекает воду в своём бассейне, начинаешь понимать: этот зверь не просто плавает — он живёт в воде. Ну, или делает вид, что живёт, потому что на берегу его тоже неплохо кормят.

Природа оснастила его всем необходимым для водного образа жизни: между пальцами — плавательные перепонки, уши могут закрываться, чтобы вода не попадала внутрь, а специальная глазная мембрана позволяет видеть под водой и защищает глаза от ветра и солнца на поверхности. Полный набор для подводного плавания, только без ластов и трубки.

Взрослый белый медведь в воде развивает скорость до 10 км/ч. Для сравнения: человек в бассейне в среднем плывёт со скоростью 2–3 км/ч. То есть Феликс, лениво перебирающий лапами, обгонит вас, даже если вы будете очень стараться. Под водой он может провести более двух минут и проплыть без отдыха до 100 километров.
Не потому, что ему так хочется, а потому что в Арктике вода — это дорога, столовая и укрытие одновременно.

Ура! лето вернулось! Пусть ненадолго, наверное, только попрощаться. К тем, кто не успел чуточку насладиться теплыми деньками. А в "Роевом ручье" - золотая осень.
Публикуем расписание показательных кормлений на 12 и 13 сентября

Харви с днем рождения! 🎂

Одиннадцатого сентября белорукому гиббону Харви исполнилось сорок пять лет!

Он встретит этот день так же, как встречает все остальные: на рассвете, до завтрака, гиббон сделает свою зарядку и запоёт. Его голос — древний, как сами джунгли, — поплывёт над сибирским парком, над утренним туманом Енисея, над вольерами, где ещё дремлют соседи. И в этой песне не будет ни капли жалобы на возраст. Только жизнь. Только благодарность за ещё одно утро.

Он родился 11 сентября 1981 года в английском зоопарке — маленький, с серьёзными глазами. Тогда ещё был жив Советский Союз, по улицам ходили другие люди, а половина сегодняшних посетителей парка даже не появилась на свет.

Судьба вела его долго и причудливо: Англия, потом Новосибирск, потом — в 2008 году, уже двадцатисемилетним, почти стариком по меркам его сородичей, — Красноярск. Его привезли сюда, как честно пишут в документах, «на дожитие». Слово тяжёлое, окончательное.

В дикой природе гиббоны живут двадцать пять, очень редко тридцать лет. До сорока пяти доживают единицы — и почти все они под опекой человека, в тепле, в заботе, в любви. Харви прошёл этот путь. Он пережил эпохи, страны, переезды длиной в тысячи километров — и не озлобился, не сломался, не потух.

Сотрудники парка зовут его джентльменом — и это не шутка ради красного словца. В нём и вправду есть та особая, спокойная порода, которую не купишь и не сыграешь. Он вежлив. Он не капризничает. Он с достоинством принимает годы, как принимают дорогих гостей — без суеты, но с уважением.

Сорок пять лет — целая человеческая жизнь. И почти вся она прожита вдали от тёплых лесов, где обычно обитают его сородичи. Но, глядя на Харви, ловишь себя на мысли: он не выживал в Сибири. Он здесь жил. Полно, светло, по-настоящему.

Не он один

И вот что важно понять: Харви в парке «Роев ручей» не одинок в своей седой мудрости.

Здесь целое общество старожилов — тех, кого годы согнули, но не сломили, и кого сотрудники парка любят особенной, тихой, почти родительской любовью. Той любовью, что достаётся не самым ярким и не самым фотогеничным, а самым родным.

Есть здесь рыси — сибирские аристократки с кисточками на ушах, в чьих жёлтых глазах давно поселилась спокойная усталость много повидавших хищников. Они уже не мечутся по вольеру, как в молодости. Они лежат, щурятся на солнце и наблюдают — с той величавой ленью, которую можно позволить себе только прожив долгую жизнь.

Есть бенгальский кот — маленький дикий князь, помнящий, наверное, куда больше сезонов, чем полагается помнить кошке.

Есть медведи — Маша и Буян. Два грузных, добродушных великана, для которых сотрудники стали настоящей семьёй. Медведи ведь живут долго и привязываются накрепко; за годы они выучили голоса своих людей, их шаги, их запах. И когда приходит знакомый человек, в маленьких медвежьих глазах загорается узнавание — а это, поверьте, дороже любых слов.

Молодых и красивых любить легко. Легко умиляться пушистому детёнышу, снимать его на телефон, восхищаться его неуклюжими первыми прыжками.

А вот любить и заботиться о старика — это уже искусство. И труд.

Возрастным животным нужно особое питание — помягче, побогаче витаминами. Им нужны частые осмотры, тёплые вольеры, лекарства, внимание к каждому изменению в поведении. Их суставы болят так же, как наши. Их зубы стираются. Им бывает тяжело в морозы. И кто-то каждый день, без выходных и без громких слов, окружает их заботой — просто потому, что эти звери стали своими. Родными. Частью большой парковой семьи.

В этой негромкой преданности — вся суть человечности. Не бросить того, кто состарился. Не списать со счетов того, кто уже не приносит «пользы» и не собирает толпы. Дать дожить достойно, в тепле, окружённым любовью.

С днём рождения, Харви!

Завтра утром он снова запоёт.

И если вы окажетесь в этот день в парке — задержитесь у его вольера. Посмотрите, как грациозно, вопреки всем сорока пяти годам, он перемещается в своём мире. Послушайте его песню. И, может быть, поймайте на себе его спокойный, мудрый, всё повидавший взгляд.