Намедни на ОЦ вышел текст Андрея Фунта, посвященный событиям октября 93-го. Материал вызвал широкую дискуссию даже внутри редакции. Так что публикуем ответ историка Михаила Диунова.

Когда я прочитал текст Фунта о годовщине октября 1993-го, то сразу задумался: а зачем вообще он был написан? То есть понятно желание фраппировать сообщество царистов, но вот, помимо эпатажа, что же в нем содержится еще?

И размышления над этим вопросом привели к выводу, что не стоит создавать лишних сущностей или искать скрытое там, где все очевидно. А очевидно одно — предлагается забыть октябрь 1993 года, признать, что условный «Ельцин» победил, и смириться с этим для того, чтобы жить дальше.

Русским снова предлагается все «забыть» и «простить». Спросите любой народ, и тут выяснится, что у него есть множество старых счетов к прошлому, к политикам, своим и чужим, а также к другим народам. И ничего, живут же как-то. Не мучаются. Некоторые, вроде евреев, вообще возвели регулярное теребление своего больного места в национальный культ. Стали ли евреи от этого хуже жить? Отнюдь, именно благодаря этому они регулярно получают щедрый гешефт.

Это я, кстати, совсем не к идее «русский, стань как еврей». А к тому, что существуют вещи, которые забывать нельзя. Вот, скажем, именно в 1993 году у русских окончательно украли мечту о своем национальном государстве, где все будет устроено так, как русским хочется, а не как решили какие-то посторонние люди.

Надо понимать простой факт: октябрь 1993 года — это не противостояние двух равных сил, среди которых одна была «нашей», а вторая «не нашей». Это переворот, который узаконил принцип, на котором была основана РФ — власть делает все, что считает нужным.

Да, народу были даны некоторые послабления — те самые «свободы 90-х», которые власть потом годами старательно урезала и забирала, пока не забрала почти все.

Речь вообще не о том, что у сторон конфликта в 93-м была какая-то «своя правда». Чума на оба эти дома. А о том, что в результате победы одной из сторон была создана система, в которой нам нет места.

То есть вот живут какие-то там эти… русские, да. Мешают. Но люди работают (с) над тем, чтобы было их поменьше, и беспокоили начальство они пореже. Именно 1993 год и лежит в фундаменте всей этой порочной системы.

Была ли с противоположной стороны альтернатива? Не факт. Но вот со стороны, которая одержала победу, этой альтернативы точно не было. А так, глядишь, может, и проскочили бы. Все же «противников Ельцина» было много, после победы им пришлось бы договариваться между собой, возникли бы споры, противоречия, нужно было бы опираться на волю народа, апеллировать к выборам, политическая конкуренция не только сохранилась бы, но усилилась. Жизнь бы шла. Плохонько, но шла. Хуже точно не было бы.

И, наконец, несколько возражений по тексту. Апеллировать к Франции, где, дескать, «работающий механизм демократии не сложился» — это как-то даже не смешно. Вот есть в РФ партия хотя бы отдаленно похожая на французское «Национальное объединение»? Или на «Партию свободы» в Австрии, «Лигу Севера» в Италии, АдГ в Германии? Без клоунады, с нормальными политиками, возможностью реального выбора. Ой, нет. И получается, что во Франции «работающий механизм» все же есть, а вот в РФ с ним как-то не сложилось. Причем именно вследствие 1993-го.

Ну а заявление, что во Франции «конституция в 100 раз более президентская, чем та, что была написана по итогам победы Ельцина» — это просто неправда. Достаточно почитать конституцию V республики и увидеть, что и правительство там ответственно перед парламентом, и президент не имеет права издавать указы, и четкое разделение властей имеется.

Причем исполнительная власть принадлежит правительству, а довлеющего над этим института президентской «сверхвласти» просто не существует.

И да. Парламентаризм, вопреки мнению Фунта, в России был. Причем мирового уровня. С невиданными для нас сейчас свободами. Про Манифест 17 октября 1905 года слышали? Вот то-то и оно.