Увжаемый Андрей Медведев верно подмечает, что украинская русофобия культивировалась на Украине с самого обретения ее т.н. "независимости", строилась на мифологизации и на принициальном построении Украины как анти-России, в общем-то, при полном попустительстве российского государства.

Нынешний режим на Украине – это максимально возможный концентрат русофобии, противостять которому можно проявляее его синтетическую сущность и возвращаясь к историческим корням.

И вроде бы в самом начале СВО об этом говорилось: о том, что "Украину" создал Ленин, были обещаня настоящей "декомунизации", то есть по-факту ликвидации украинской несостоявшейся государственности.

И на фоне вспыхнувшего пламени русского национального самосознания, эта задача не выглядела невыполнимой. Украина воспринималсь именно как русская мятежная провинция, которую необходимо отрезвить и привести в чувство.

Однако почему-то именно в момент нарастающего русского национального энтузиазма у разнго рода администраторов и т.н. "социальных инженеров" началась самая настоящая паника и это самое русское национальное самосознание стали усиленно гасить, в том числе и гениальны решением запсывать в "русских" всех без разбора.

Вслед за этим постепенно утихли и разговоры про историю искуственного создания Украины, необходимости ее "декоммунизации" и так далее.

Если рассматирвтаь историю через призму данного допущения, то можно предположить, что страх перед русским национальным самосознанием оказался сильнее потребности в уничтожении противника.

Я неоднократно повторял, что украинец — это русский человек, который настолько хотел перестать быть русским, что перестал быть человеком, а сама "Украина" - это зазомобированная врагом часть исторической России, ставшая сегодня острием западного меча повернуого против нас.

Положив эти тезиы в основу докрины противодействия коллективному противинку в лице т.н. "Украины", называя вещи своими именами и тем самым наконец-то придавая конфликту экзистенциальную форму можно горазло быстрее найти формы и методы системного и эффективного противодействия противнику не только на поле боя, но и информационно-психологическом поле.

Однако это всё требует признания субъектности русского народа и русской нации имеющей неопспоримые исторические права на Киев, Чернигов, Херон, Запорожье, Днепропетровск,Николаев, Одессу и другие исторического РУССКИЕ города (без всяких кавычек).

Но страх перед русским самосознанием продолжает сковывать и парализоывать систему, поэтому и имеем то, что имеем.