#kagehina ; кагехины на бразильском пляже из таймскипа
— Терпеть не могу песок.
Это не жалоба, а прямое указание факта.
— Ты же каждый год ездил с семьёй в Окинаву, — не понимает Хината. Под ногой оказывается ракушка, которая больно давит на ступню и он просто отпинывает её в сторону.
— Рядом с пляжем есть хорошая площадка. Я обычно был там, — Кагеяма пожимает плечами. На его лице большие цветастые солнечные очки, которые выдают в нём туриста. — Тебе надо туда съездить как-нибудь.
— Ах, что-то на мажорском.
— Я тебя сейчас в море кину.
— Это океан.
— Плевать.
Хината пихает его в бок, и Кагеяма, не удержавшись, скользит по влажному песку. Вообще, как бы Тобио не бурчал на слишком солнечное солнце (это что вообще значит?), сложный португальский (он с трудом говорит даже на английском) и прилипающий к ногам песок (а это и в Японии есть), Хината рад, что он смог прилететь сюда, к нему в Бразилию.
Не то чтобы ему здесь не нравилось, но... Это не дом. Не родные горы, да и японскую речь, всё-таки, воспринимать проще. Здесь всё другое, и Хината тоже другой. Уже достаточно обросший загаром, достаточно натренированный пляжным волейболом и полюбивший местную кухню. Не мясные булочки из магазина Укай-сенсея, конечно, но всё равно вкусно.
Встреча с Ойкавой-саном немного его разгрузила, напомнила о доме, но они встретились всего на несколько дней, а затем он снова улетел со своей командой, а Хината остался тут. Отрезанный от семьи и друзей океаном и тысячей километров по воздуху.
Возвращаться ему ещё было рано, контракт с Чёрными шакалами ещё не вступил в силу, его ждут не раньше, чем через два месяца, к началу тренировок к новому сезону. А тут ещё можно тренироваться, да и работу просто так не бросишь.
Ворчащий, по поводу и без, вечно хмурый Кагеяма под боком напоминает ему о школьных временах. О том, как они бросались друг в друга грязными тряпками и мокрыми полотенцами, носились по полю как угорелые и устраивали соревнования по выносливости.
Как будто это было вчера. Как будто они снова могут легко наорать друг на друга, а потом, как ни в чём не бывало, пойти вместе обедать и обсуждать последний матч, который смотрели вчера по телеку.
Воспоминания о школьном времени делает из Хинаты, уже попробовавшего вкус жизни, снова глупым школьником с шальными гормонами.
— Спорим, ты даже триста метров не проплывёшь.
— Я волейболист, а не пловец.
— Значит, я победил, — Хината хмыкает и гордо задирает голову к небу, уперев руки в бока.
— Ты, придурок, сдуешься через сто метров. Конечности слишком короткие, — Кагеяма поднимает очки на лоб и складывает руки на груди. Они оба останавливаются.
— Я, в отличие от тебя, каждый день на пляж хожу.
— Прыгать, а не плавать.
— Струсил? Так и скажи что струсил, — Хината криво ухмыляется. Он знает, что Кагеяма уже принял его вызов.
— До того камня сколько? — Кагеяма указывает на виднеющейся вдалеке выступ. Хината часто видел, как с него прыгают сёрфингисты для заплывов.
— Не знаю. Но я доплыву туда быстрее.
— Достал, — Кагеяма пихает его в плечо и проходит мимо, на ходу снимая рубашку.
Хината, не раздумывая, просто сбрасывает сумку с телефоном и кошельком, и бросается в воду прямо в одежде.
— Пока-пока, лузер!
— Это жульничество, придурок! — плеск воды заглушает возмущения Кагеямы.
Вот это точно вернуло их в школьные годы. Хината чувствует, как его хватают за ногу и тащат назад. Вода попадает в рот от удивления. Они пихают друг друга и мешаются, но это всё равно очень весело.
К концу дня выясняется три вещи: Кагяема, всё-таки, хорошо плавает («я же говорил, идиот»), до камня плыть было больше, чем триста метров (об этом им сказал один из работников прибрежного кафе), и что Хината и правда ужасно соскучился по Кагеяме.
А школа осталась школой. И песок и правда был везде, даже в волосах.
фанфакт: последний раз я писала кагехин почти шесть лет назад и, надеюсь, за это время не потеряла свою чуйку на их динамику