Луи стоял у окна, скрестив руки, и старался говорить спокойно, но голос всё равно срывался:
— Ты вообще не думаешь ни о ком, кроме себя! Опять всё сделала по-своему, хотя мы договаривались.
Кьяра резко развернулась, глаза сверкнули, а пальцы нервно сжали край стола.
— А кто вообще должен думать о других? Ты? Арин? Зара? У меня есть план, и он работает. Если тебе не нравится — не стой у меня над душой.
— План, который ставит всех под удар! Ты не видишь дальше собственного носа!
— Зато я вижу дальше, чем ты со своим вечным «надо всех уберечь»! Это не забота, Луи, это контроль!

Они оба замолчали, тяжело дыша. В комнате повисла звенящая тишина, которую нарушал только глухой ритм музыки из наушников Кьяры — она даже не потрудилась их снять. Луи сделал шаг вперёд, потом остановился, будто сам себе запрещая подходить ближе.

— Я не пытаюсь тебя контролировать, — тихо сказал он, уже без крика. — Просто ты каждый раз сжигаешь мосты, а потом стоишь и смотришь, как они горят. И мне страшно, что однажды ты останешься там одна.

Кьяра дёрнула плечом, будто хотела отмахнуться, но в её взгляде мелькнуло что-то другое — не злость, а усталость.
— Я привыкла быть одна, — буркнула она, глядя куда-то мимо. — Так проще.

Луи подошёл и остановился в шаге от неё. Не обнял, не схватил за руку — просто встал так, чтобы она не могла делать вид, что его тут нет.
— Может, и проще. Но не обязательно.

Она хотела что-то колкое ответить, открыла рот, но вместо этого шумно выдохнула и опустила плечи. Наушники сползли, и музыка наконец затихла.
— Ладно. Может, в этот раз я немного переборщила. Но это не значит, что я всё брошу и стану «удобной».

Луи чуть улыбнулся, впервые за вечер.
— Мне и не нужно, чтобы ты была удобной. Мне нужно, чтобы ты была живой. И чтобы не делала вид, что тебе никто не нужен.

Кьяра закатила глаза, но уголки губ дрогнули.
— Не делай из этого драму. Просто… не лезь, когда я уже всё решила. Дай мне хотя бы сказать, что я сама справлюсь.

— Договорились, — кивнул Луи. — Но дай мне право сказать: «Я тут, если не справишься».

Она хмыкнула, будто это самая нелепая вещь на свете, но всё-таки кивнула. И когда Луи протянул руку, чтобы поправить сползшую перчатку — Кьяра не отдёрнула руку.

Да с кьярой не смотря на все разногласия она оч крутая
Написал не так много и не стал добавлять других
#ʍяⲩ