Часть # 1
Евгений год назад переехал из Беларуси в Узбекистан. Работает там на местную компанию системным администратором — работу, кстати, нашёл буквально за три дня, а оффер получил в день собеседования.
— Переехал в Узбекистан в июле 2023 года — вслед за женой. Она работает в аутсорс-компании, а та приняла решение релоцировать своих сотрудников.
Работу здесь я нашёл быстро — буквально за три дня. Искал через hh.ru, телеграм-боты, а также местные сайты. Работодатель — местная продуктовая компания, агрегатор доставок еды — вышел на меня сам через hh.ru.
Собеседование было всего одно и прошло очень легко — технических вопросов особо не задавали даже. Уже через считанные часы я получил оффер.
«Общаются на „вы“. Вне офиса к тебе обращаются: „аке“ (брат) или „опа“ (сестра)»
Если надо куда-то отъехать в рабочее время — об этом можно договориться. Отпустят.
Из интересного: в пятницу я не назначаю никаких встреч и не планирую ничего глобального. В Ташкенте в этот день многие ходят в мечеть в обеденное время, чтобы сделать джума намаз (помолиться). И поэтому до обеда ничего невозможно решить по работе, потому что скоро на молитву, а после — тоже, ведь непонятно, когда сотрудники вернутся в офис.
Что ещё заметил: здесь не кричат и не разговаривают на повышенных тонах. И общаются с тобой на «вы» — так у узбеков общепринято. Кстати, вне офиса здесь к тебе обращаются: «аке» (что значит брат) или «опа» (то есть сестра) — это местная форма вежливого обращения. И да, в Ташкенте в целом все люди приветливые и вежливые.
«Экспаты ценятся выше местных программистов и зарплаты у них больше»
Иностранные граждане платят в Узбекистане налог 12%. И я тоже.
У айтишников — по крайней мере у резидентов IT-park (аналога нашего ПВТ) — налоговая нагрузка чуть меньше: с них удерживают 7,5% подоходного налога. Но даже они берут тебя на работу как иностранца.
«Местные могут переходить вне „зебры“ даже восьмиполосную дорогу»
В целом тут нет сильных отличий от жизни в Беларуси. Основная религия — ислам, поэтому немало женщин ходит в платках. Но если женщина идёт не «покрытая» никто не возмущается и пальцем на неё не указывает.
Стоит отдельно сказать о правах женщин — с этим тут дела обстоят плохо. Хотя активисты работают над улучшением ситуации — об этом много пишут в новостях. И местные говорят, с приходом к власти Шавката Мирзиёева уже стало лучше.
«Общение в магазине происходит так: „Ваш пин 1234?“ — „Да“. С-секьюрность!»
Торговаться в Узбекистане можно везде — а на базаре это вообще маст хэв. Арбузы тут продаются поштучно вне зависимости от веса. В магазинах частое явление — спросить пин-код от твоей карты (тут почему-то мало где позволяют тебе вводить его самому). Я же вышел на новый уровень: в магазине возле офиса, где я покупаю сигареты, вообще перестали спрашивать пин. Или наше общение происходит так: «Ваш пин 1234?» — «Да, 1234». С-секьюрность!
На самом деле первое время меня даже подбрасывало от негодования: «Ну как так?!.» А сейчас уже смирился.
Но при этом тут очень развит мобильный банкинг. Я забыл, что такое наличность. Все переводят друг другу деньги и производят любые расчёты через переводы. Даже в магазине через платежные системы можно расплатиться или через простой перевод на карту.
Вне офиса я часто сталкиваюсь здесь с разгильдяйством: люди делают свою работу «от балды» — фактически на один раз. И это почти во всём. Кажется, это характерная черта.
Тут очень развито «таниш билиш» — кумовство, на работу устраиваются через родственников или друзей, проблемы решают через них же. Такое я замечал и у себя в компании: мой руководитель на прошлой работе был родственником директора, но должен заметить, что свою работу он делал хорошо.