– Мне все еще очень плохо (молчит).

– Расскажете поподробней?

– Не-а (вздыхает). Просто очень плохо.

– Да, я вижу. Расскажите, что у вас сейчас внутри происходит.

– Ничего особо не происходит. И слишком много всего происходит.

– В одно и то же время – ничего особо и слишком много?

– Да.

– Это как?

Это одна из первых сессий с клиенткой «Джей» (ссылки на эту книгу и другую литературу, как обычно, будут внизу текста). Сцена почти неподвижна, в ней мало событий, много пауз и состояние, которое трудно превратить в рассказ.

Незадолго до этой сессии арестовали ее молодого человека, с которым они были в отношениях три месяца. Расследование все еще продолжается, поэтому она не может рассказать обо всем, но одно она знает совершенно точно – без его физического присутствия ее жизнь не имеет смысла. Она плачет и признается, что только он мог по-настоящему ее понять, только рядом с ним она чувствовала себя в безопасности, а теперь, в разлуке, он обязательно о ней забудет. Все другие значимые отношения на этом фоне перестают иметь хоть какой-то вес.

Дальше на этой сессии терапевт помогает Джей придать случившемуся форму рассказа. Они вместе собирают, что же все-таки произошло, что ей известно, чего она не знает и чего она так боится, а что в этой истории и вправду сейчас невозможно обозначить прямо.

При этом терапевта интересует не только событие как внешняя реальность – хотя, конечно, и оно тоже; арест близкого человека, расследование, их разлука и неопределенность, что будет дальше – это все важные вещи, и их нельзя обходить стороной или отбрасывать как что-то второстепенное (например, относиться к этому лишь как к так называемому «манифестному» – поверхностному – материалу для последующей символизации).

Но не менее важно и другое: а как это событие продолжает жить внутри Джей. Что происходило с ней тогда? А что происходит сейчас, когда она пытается об этом рассказывать? Где у нее появляются слова, а где рассказ вдруг обрывается? Где вместо истории идут слезы или возникает немое оцепенение, или что-нибудь еще?

Мы видим, что терапевт не спешит объяснять клиентке, что она чувствует и что все это значит. Он не производит за нее смыслы и не становится тем, кто лучше нее знает ее внутренний мир. Он остается в позиции заинтересованного не-знания.

Полный текст доступен по ссылкам:

https://write.as/alexander-levchuk/eto-kak

https://telegra.ph/EHto-kak-07-07