Поскольку большинство аналитиков — очень порядочные, трудолюбивые, преданные своему делу профессионалы, почему такой страх может быть настолько всепроникающим? Я думаю, аргумент Серлза о нашей общей вине имеет большое значение для понимания этого. Все мы знаем, что в наших отношениях с пациентами мы удовлетворяем некоторые личные потребности, даже если они на каком-то уровне подавляются. Не вызывает ли скрытое знание об этой личной выгоде столько чувства вины и стыда, что нам нужно переоценивать свою роль не только как «достаточно хороших» опекунов, но и как самоотверженных гуманитариев (Orange, 2016)? Более того, в какой степени этот страх причинения вреда пациентам является реактивным образованием в ответ на подавленный гнев, который возникает из-за нашей внутренней установки ставить других на первое место? Хотя из литературы совершенно очевидно, что наш страх причинения вреда существенен, мало кто обсуждает, почему это так.»
И ещё:
«По этой теме Prodgers (1991) цитирует Storr (1979):
Неподтвержденные данные указывают на высокую распространенность депрессивных матерей среди стажеров-психотерапевтов, которые приобрели чувствительность, оценивая настроение матери. Они также учились ставить свои собственные чувства на второе место по отношению к её чувствам — еще одно необходимое условие для терапевта. Предъявление требований часто приводит к чувству вины и страху причинить вред другим в отношениях. Ставить других на первое место — безопасный вариант, но это неизбежно означает подавление агрессии.» (стр. 146–147)
Это первый кусок слона. Давайте переварим вместе. Лично мне все очень отозвалось и с моей личной историей и с выбором профессии согласуется. И ещё я ощущаю большую личную выгоду от реляционного психоанализа, потому что именно там почувствовала возможность как-то разместить в кабинете что-то свое человеческое, которое было непонятно куда девать, да ещё и делать это с пользой для терапии. Это про мое личное удовлетворение от реляционного психоанализа
А как вам это все? Очень хочется услышать ваше мнение, может быть ваши истории.