Россию отрезают от компонентов, которые необходимы для воспроизводства и развития современных военных систем. В гражданском секторе это заметно по автозаводам, которые откатываются на технологии 80-х годов. В принципе, технологиями 80х ещё вполне можно воевать и убивать, вопрос в состоянии циклов этих производств и способности нарастить такие производства быстро и в достаточном объёме, даже банально снять оставшуюся технику с длительного хранения. Но в сложных отраслях, таких как современные средства РЭБ, кибервойна, авиастроение, управляемые ракеты - без микроконтроллеров никуда. Можно, конечно импортировать через фирмы-прокладки (скорее всего так и будет), но судя по напору, с которым американцы взялись за проблему российского государства, это будет сделать непросто.

Почему проблема формулируется именно как проблема российского государства? Тезисно можно сформулировать так: мы поверили вам в 90е что вы изменитесь и станете цивилизованной страной, играющей по общим правилам. Теперь вы нас обманули. Так считают США, этот тезис идет красной нитью среди рассуждений экспертов. Ровно как и в России считают что никому ничего не обещали, а вот мифическое обещание нерасширения НАТО было как раз дано. Но эти два полюса слишком разные по весу, чтобы решать этот спор в равной плоскости. Факт - снос путинского режима и прекращение войны это лишь первая цель в процессах, которые инициируются в регионе. Финальная цель - переформатирование пространства таким образом, чтобы масштабный военный конфликт в регионе в будущем не имел бы смысла в виду абсолютного паритета сторон. Он и сейчас не имеет смысла, но Путину показалось иначе. Мир дорого теперь платить за это “показалось”.

Технологическая изоляция России (в области вооружений) в таком случае становится лишь одним из аспектов. Важным аспектом будет работа медиа и перепрошивка сознания - но это в будущем (хотя ростки уже начались - заметьте, как быстро внедряется в сознание бело-сине-белый флаг). Не менее важным аспектом является создание такой архитектуры безопасности, когда какой бы агрессивный реваншистский режим в России не пришёл к власти, то он технически бы не имел шансов на успешную внешнюю военную экспансию.

Не значит, что подобное случится завтра. Не значит что Россия не будет сопротивляться - она будет. Но тренд очевиден и карты сданы - у России на данный момент фактически нет глобальных союзников, но в противниках практически все развитые страны мира.

Что это означает для Беларуси? Для создания регионального противовеса идея балто-черноморского союза вновь актуализируется, но из идеи перспективной эта инициатива превращается в критически важную. Беларусь будут тянуть в это объединение за уши, вопрос статуса Беларуси из внутриполитического превращается в вопрос региональной и международной безопасности. И стратегически здесь всё хорошо, потому что время и ресурсы играют на стороне Запада. Но тактически есть один нюанс - социология.

Социология показывает глубокий раскол беларусского общества, где есть примерно партитетные силы - “западники” и “пророссийские”, т.н. электоральное “болото” имеет тенденцию к поляризации. В условиях напичканности соседнего региона оружием и поведения России в стиле “сгорел сарай, гори и хата”, риск гражданской войны в Беларуси выглядит ненулевым. Национальный интерес Беларуси - решать этот конфликт в конвенциональной электоральной плоскости, а не на поле боя. Другой вопрос, что прийти в точку когда общество будет договариваться через бюллетень, а не через прицел весьма непросто. И скажем открыто - отсутствие боевых действий в Беларуси не является ценностью ни для одного из внешних игроков. А наличие нового горячего прокси-фронта, напротив, выгодно очень многим.