Почта. "Хотелось бы узнать Ваши рассуждения вот по такому вопросу - что сейчас может выступить защитой для гражданского общества от государственной машины репрессий? Правоохранительные органы сейчас превратились в карательные, закон в стране не соблюдается - нет никаких правовых/законных механизмов противодействия насилию. Силовой блок сохранил лояльность АГЛ, и не собирается прекращать давление на протестах, а наоборот - уровень силового воздействия возрастает. Запад только и может что "выражать обеспокоенность", и, оглядываясь на Россию, ничего не предпринимать. Россия же, имея карт-бланш на нашем геополитическом пространстве, спокойно ведёт свою игру, закрывая глаза на насилие над гражданским обществом и отрицая наличие политзаключённых в Беларуси.
Кто в такой ситуации защитит народ, который попадает под маховик репрессий и страдает от беззакония?"

С эмоциональной точки зрения роли Лукашенко и Бабарико - это отцовские фигуры, первый образ строгого и справедливого отца (в лучшие годы), второй - образ мягкого, мудрого и демократичного отца. Тихановская - материнская фигура, которая источает любовь. Понятные образы заботящихся родителей, в нужный период политической биографии стали супер-популярными. В этом и есть роль лидера в незрелом обществе.

Но сейчас происходит очень важный процесс взросления общества. Взрослому обществу не нужен "отец" или "мать". Оно само по себе может полноценно фукнционировать - в этом и есть отличие взрослого от ребенка, ребёнку нужен кто-то кто его защитит, накормит, укажет что правильно, а что нет. А взрослый способен всё это сделать сам.

Народ, который попадает под маховик репрессий, защищает себя сам. Миллионы собраны в фондах помощи. История с прошлой недели - уволили мчсника за предупреждение о выезде бригады для снятие флага, за день ему нашли жилье и новую работу. Помогали купаловцам. Помогали "диджеям перемен". Помогали и помогают всем. Координируются в дворовых чатах сами, ходят на протесты сами, делают инициативы сами. Снаружи - дипломатическое давление, изнутри - давление улицы. И здесь процесс не менее важен, чем результат. Идёт выстраивание горизонтальных связей, люди чувствуют сопричастность к политическому процессу, а сопричастность и вложенные усилия в дальнейшем превратятся в ощущение ответственности за страну.

Повторим ещё раз главное: страна сейчас не функционирует нормально и нет (пока) никаких предпосылок к нормализации. Когда банкам не дают ликвидности, чтобы не рухнул курс - это ненормально. Когда подполковники милиции сторожат трансформаторную будку вместо ловли преступников - это ненормально. Когда мчс вместо борьбы с пожарами, борется с флагами - это ненормально. Выдавать зарплату продуктами - это тоже ненормально. Это всё большой социально-экономический пожар, который в т.ч. затрагивает и карательные органы, и прокуратуру (можно вспомнить вчерашний спич АГЛа, не на пустом месте он был, знает настроения), и ближайшее окружение. Такой страной невозможно управлять полноценно, эффективно и долго. А значит развязка будет - но закатать в асфальт протесты не удаётся, подкупить - денег нет, перевести в формат гражданского конфликта - у власти нет своей социальной опоры (людей в погонах социальной опорой считать нельзя, да и настроения там тоже очень разные). Отсюда очевидный вектор развязки - уход АГЛа. Этот вектор очевиден даже ему, хоть он никогда внутренне его не примет.

А уже после, у сорганизованного народа есть все предпосылки оформить горизонтальные связи в действующую паутину институтов, и народ будет защищать себя сам институционально, через тотальную нетерпимость к нарушением прав граждан.