Будет странно, если расширенное посольство США с живым послом не будет заниматься тем, чем обычно занимаются посольства США в таких режимах - а именно усиленно насаждать демократию.

Но отличие от предыдущей итерации насаждения демократии в Беларуси будет заключаться в том, что бэкапа в виде поддержки со стороны России, по видимому, не будет. А значит нынешней власти придётся скрепя зубы терпеть, т.к. Америку тут готовы любить «на пасадах» многие. И все это на фоне мягко говоря больших проблем в экономике.

В общем, это подводка к теме обсуждения политического наследия Лукашенко. Не наследника - преемника как такового скорее всего не будет, либо он выскочит как черт из табакерки в критической ситуации (и уж точно не из «весёлых праймериз»). Хотелось бы порассуждать именно о наследии.

Каким бы ни был следующий лидер Беларуси, его власть будет гораздо слабее власти нынешнего президента. Слишком много внутренних игроков выросло в тени нынешнего режима, достаточно сильных чтобы расправить крылья и выстроить систему сдерживания. Политического будущего у Лукашенко как фигуры нет и быть не может. Не в том плане что он прямо завтра покинет своё кресло - он может ещё руководить и 5 и 10 лет (маловероятно, но может). Тезис в том, что нынешний режим - классический персоналистский. Нет партии, нет института преемственности, нет идеологии. Есть местами неплохая команда профессионалов, которая, конечно сохранится. И есть в целом плохая репутация, настолько плохая что она бежит вперёд конъюнктуры - речь идёт об идее новых визовых ограничений со стороны США, про которые неплохо написал Шрайбман.

Но Лукашенко сейчас оказывается в уникальной ситуации. А именно он может делать что угодно, любые меры, все равно все последствия провала в экономике свалят на него. А провал будет с вероятностью примерно 100%.

Национализировать Белтрансгаз.
Закрыть границу с Россией.
Устроить жесткую кадровую чистку, вычистить коррупционные гнезда, на которые годами закрывал глаза.
Вывалить любой компромат который копился годами на российское руководство.
Открыть рынок земли, обанкротить колхозы-должники, раздать землю банкам и выставить её на продажу.
Ключевые неприватизированные объекты продать европейцам , китайцам, американцам, «хорошим русским» типа Гуцериева.
Отключить российские каналы совсем.
Сделать большую амнистию «экономистов» и «наркоманов».
Объявить дефолт в отношении долга одного, самого главного кредитора.
Позвать в гости НАТО. «Горит сарай - гори и хата».

Вряд ли будут открыты архивы КГБ, вернётся несоветская символика и будет отменена смертная казнь. Эти завоевания будут несложными для новой власти. Но в остальном можно делать самые смелые вещи, которые гораздо сложнее будет делать в условиях слабой власти.

И парадоксально - но чем более смелыми и наглыми будут шаги, тем дольше будут «терпеть» Лукашенко на своём посту. Парадокс в том, что ведь раньше терпели как раз за отсутствие резких шагов. Но сейчас наиболее реалистичная стратегия политического выживания - делать быстро и решительно то, на что в новых условиях у нового руководства может не хватить политического ресурса.

Фактически, речь идёт о том чтобы на излете политической карьеры поменять ядро электората. Ведь у старого электората есть фамилия своего президента, и эта фамилия - Путин.