А какова, собственно, эффективность работы МИДа при министре Макее?

Да, есть некое потепление с Западом, во многом вызванное украинскими событиями и переосмыслением региональной роли с Беларусью. Но даже и это потепление вышло на плато.
Да, состоялся первый визит Лукашенко в ЕС. Судя по тому как он прошёл, есть основания полагать что Лукашенко ещё долго не будет в ЕС (разве что в Латвию съездит).
По визам нет прогресса, полный кошмар на фоне безвиза у соседей и упрощёнки даже у подсанкционной РФ.
По базовому договору с ЕС прогресса нет.
Надёжно ли работают беларуские посольства? Может ли каждый гражданин в беде обратиться за консульской помощью? Обратиться - может, получить - тут есть сомнения. Также посольства по прежнему не очень хорошо "продают" Беларусь. Не слышно прорывов.

Но это всё никак не характеризует Макея как менеджера, потому что МИД, как и Совмин, как и любое другое ведомство в Беларуси существует в системе ограничений, в рамках которых невозможно работать эффективно. Потому что любое эффективное действие обязательно упрётся в какое-то ограничение. Совет Европы? А вот вам смертная казнь, народ решил на референдуме. Договоры с ЕС - а что у вас там с правами человека? Не МИД принимал решение строить БелАЭС, которая в своей текущей экономической бессмысленности обречена стать вечным камнем преткновения между Беларусью и Литвой, как членом ЕС. Да и послов назначает не министр.

Но самая главная роль текущего МИДа - это не иностранные дела, а дела внутренние. Впору переименовывать МИД в "министерство тормозов". Как кому-то хочется дать по голове дубинкой всем этим собравшимся на площади! Позакрывать все эти телеграмы! Наиболее активных - в тюрьму. А МИД говорит - "ребята, полегче, сорвете нам процесс". И их слушают. Даже если этот процесс по факту особо и не движется. В этом и есть главная роль нынешнего МИДа, который в авторитарном государстве служит противовесом на стороне тех, у кого своих никаких ресурсов противостоять силовому накату государства нету. По сути, несмотря на смену кресла с главы администрации на мидовское, роль Владимира Владимировича не поменялась. Очень важная роль сдерживателя (правда, в декабре 2010 не получилось сдержать. Или почему-то не захотелось, но об этом мы в ближайшее время вряд ли узнаем).

А может ли существовать сдерживатель, когда перестанет существовать объект сдерживания, либо когда появятся другие эффективные сдерживатели (пресса, суды, парламент и т.п.) ? Большой вопрос. Поэтому для Владимира Владимировича личная игра на разрушение системы - это огромный риск остаться ненужным, несмотря на некую политическую популярность.