Китай, несмотря на последний визит Лукашенко, также не проявляет серьёзной заинтересованности в углублении связей с Беларусью. Нет ни подписанных стратегических соглашений, ни потока делегаций, ни признаков реального экономического сближения. Вероятно, Пекин выбрал осторожную стратегию выжидания и готов медленно, постепенно наращивать влияние, не становясь при этом донором белорусского режима и не втягиваясь в рискованные политические проекты.

В результате для Минска формируется ситуация структурного тупика. Восточные партнёры не готовы поддерживать режим Лукашенко в необходимом масштабе. Единственный оставшийся выход — это попытаться наладить отношения с Западом.

Однако даже здесь успехи весьма ограничены. Переговоры с США не привели к снятию ни одной санкции, не было сделано никаких реальных уступок. Единственный осязаемый результат — сам факт проведения переговоров, который, с точки зрения режима, не даёт мгновенных дивидендов. Более того, ценой этих переговоров стало освобождение ключевого политического оппонента Лукашенко — шаг, на который ранее он категорически не шел.

Это подчёркивает, насколько высока ставка для режима в нынешней ситуации. Даже мизерный шанс на открытие диалога с Западом оказался для Лукашенко столь ценным, что он был готов заплатить политически болезненную цену, не получив взамен никаких видимых гарантий.

Если рассматривать ситуацию в Беларуси в более широком контексте, нельзя игнорировать разрушение норм международной политики, о котором уже говорилось ранее. После 24 февраля 2022 года миропорядок, основанный на правилах, фактически прекратил существование. В этот новый хаотичный ландшафт встраиваются и внутренние процессы, происходящие в Беларуси, в том числе на экономическом уровне.

Экономическая ситуация в стране ухудшается. По итогам первого квартала текущего года сальдо счета текущих операций Беларуси оказалось отрицательным — дефицит составил порядка двух миллиардов долларов. Данных за второй квартал пока нет, но вряд ли можно ожидать, что ситуация принципиально улучшится. Напротив, скорее всего дефицит продолжит расти. При этом Россия, по тем причинам, о которых уже шла речь, будет всё менее способна оказывать масштабную экономическую поддержку. Собственные ресурсы Москвы стремительно сокращаются, а приоритетно они будут направляться на войну в Украине.

Таким образом, под внешне монолитной, казалось бы, конструкцией белорусского режима скрывается целая совокупность нарастающих рисков, причём темп их роста можно охарактеризовать как экспоненциальный. Политический контроль внутри страны, каким бы полным он ни выглядел, не отменяет этих структурных уязвимостей.

Именно поэтому, несмотря на публичную демонстрацию стабильности, режим Лукашенко вынужден идти на диалог с Западом. Встреча с представителем США Китом Келлогом и последовавшее после неё освобождение ключевых политических заключённых — лишь первый шаг в этом направлении. С высокой вероятностью давление на Лукашенко продолжится, и следующие уступки — в той или иной форме — неизбежны.

Даже если это не приведёт к масштабной политической либерализации, Беларусь, в любом случае, движется в сторону состояния, в котором влияние внешних игроков на внутреннюю политику возрастёт настолько, что режим рискует потерять возможность самостоятельно принимать стратегические решения. Возможно, речь не идёт о полном откате к ситуации 2019 года, но сформируется новая конфигурация, при которой степень внешней зависимости окажется критической. В какой именно форме это проявится, пока предсказать сложно, но сама тенденция очевидна.