В интернетах недоумевают, почему обращение какой-то "инстасамки" вызвало бугурт в самых верхах, так что целый Песков комментировал, а Соловьёв нещадно ругался. Конечно, правильно подмечали, что "правительство на другой планете живёт, родной" (с). Но хочется чуть поглубже раскрыть тему.

Рискну предположить, что Виктория Боня для российской элитки — не просто "своя". Элитка входит в её аудиторию. Какая-нибудь жена депутата внимает откровениям блогерши, сестра министра торопливо записывает чудодейственные рецепты, дочка чиновника АП восторженно перенимает последние писки моды. Оно и неудивительно — "российская" Боня полтора десятилетия живёт в сказочном Монако, была замужем за сыном британского миллиардера, приятельствует с тамошним князем. Снималась в кино и клипах, участвовала в телешоу (один только "Дом-2" чего стоит), ведёт сладкую и привольную светскую жизнь. Это же настоящий идеал правящего класса России!

Обращения каких-нибудь дорожных рабочих Смоленска, медиков Башкирии или учителей Нижегородчины никак не трогают власть и даже не доходят до неё. Для податного населения есть местные чиновники, телевизионные попугаи, а также силовики, которые загонят народ в стойло, если кто-то будет возмущаться непосильной работой и копеечной зарплатой. Пахать до смерти и не привлекать внимание — такова функция россиян. А вот Боня... тут другое дело. Она как раз на "другой планете" вместе с теми, кто её смотрит и слушает. Её обращению не надо блуждать по инстанциям — выход на верхушку прямой, через друзей, родственников, общих знакомых, составляющих аудиторию этой "инстасамки". К ней прислушаются, на неё отреагируют.

Наверное, есть ещё наивные люди, которые веруют, что пришла добрая тётя, которая донесёт до власти ПРАВДУ. Тут-то царь и узнает, как коварно обманывали его бояре!

Но мне кажется, что таких людей всё меньше и меньше. Слишком велико расстояние между двумя планетами, между двумя Россиями. И оно всё увеличивается. А противоречия всё нарастают. Так что даже на "планете розовых пони" (по выражению Стрелкова) кто-то что-то стал подозревать.