RedOpeR

Милей и дух Ельцина.

Милей — это действительно какой-то собирательный образ всех фриков российской политики.

Интересный факт. На следующий день после избрания Милея к его штабу в одной из гостиниц согнали кучу телеканалов. Все ждали его триумфального появления. Мы проторчали там часов пять в невероятной толкучке: кроме журналистов со всего мира возле гостиницы собралась толпа зевак и разнообразных фриков, которые развлекали народ.

В какой-то момент появился уличный музыкант и прямо на месте сочинил песню про Милея. Часа через три её распевала уже половина собравшихся.

Но сам Милей так и не появился. Кто-то потом рассказывал, что ночью после выборов он так сильно отметил победу, что был не в состоянии выйти к журналистам. Правда это или нет — не знаю.

Отдельно запомнился «женский спецназ», который держал кольцо обороны возле выхода из гостиницы. В Аргентине существуют женские подразделения полиции и жандармерии, которые нередко привлекают для охраны массовых мероприятий и высокопоставленных лиц.

В общем, была атмосфера не политического события, а какого-то карнавала.

В день рождения Че Гевары уместно вспомнить многое, очень многое об этом человеке, его жизни и ценностях. Уверен, найдётся кому это сделать. Я же напомню лишь одно его высказывание.

...Я пришёл в коммунизм благодаря дядюшке Сталину  и никто не может мне говорить, что я, видите ли, не должен его читать. Я читал его тогда, когда читать его считалось очень дурным делом. Это было другое время. И поскольку я личность неяркая и твердолобая, я продолжаю его читать. Особенно сейчас, в новый период, когда читать его считается ещё более дурным делом. И тогда, и теперь, я читаю и нахожу кучу вещей, которые очень хороши.

На заметку тем, кто любит вешать портреты Сталина и восхищаться установкой памятников ему, но не открывал ни одной его работы.

Не зря всех капиталистов тянет в НАТО )))

В тему начавшегося чемпионата мира по футболу.

Аргентинцы праздновали победу Милея почти как победу на чемпионате. Есть образ команды по ТВ, есть соревнование, есть финальный счёт и есть «победа». Дальше всё по классике: можно бахнуть пивка (или чего покрепче) и поорать на главной площади.

Политика в такие моменты начинает работать как шоу — с эмоциями, триумфом, ощущением участия в великом событии. И на какое-то время этого действительно достаточно.

Шоу удалось. Почти все довольны.
Волки сыты, овцы… овцы в стойле.

Если скрестить Чубайса с Жириновским, то получится Милей.

В ноябре 2023 года мы работали на выборах в Аргентине. Второй тур. Уже тогда было понятно, что это не просто очередная смена власти, а симптом глубокого общественного кризиса.

Аргентина — хороший пример для всех, кто считает, что политика — грязное дело и можно снять с себя ответственность за происходящее, предоставив всё тем, кто якобы лучше разбирается.

На протяжении десятилетий аргентинцам предлагали самые разные рецепты спасения страны. Правые сменяли левых, либеральные реформы — государственное регулирование, но для простых людей накопившиеся проблемы никуда не исчезали.

На этом фоне росло разочарование. Люди переставали верить партиям, институтам и государству. Но не имея собственной организованной силы и ясного понимания происходящего, они продолжали искать простые ответы на сложные вопросы.

Именно в такой момент появляется Милей.

«Да, всё прогнило. Да, все политики врут. Да, систему нужно ломать».
Панковская манера поведения, постоянный эпатаж и образ человека, не принадлежащего к старой политической касте, сделали своё дело. Многие увидели в нём бунтаря против системы. К чёрту белые воротнички, к чёрту политиков, которые десятилетиями обещают одно и то же.

Во втором туре Милей побеждает.

Но по итогу он оказался волком в овечьей шкуре.
Урезание льгот, ухудшение трудовых прав, сокращение социальных программ и приватизация государственного имущества. Всё это под лозунгами свободы и борьбы с бюрократией.

Его «свобода» оказалась свободой для избранных.
Впрочем ничего нового. Байки про свободу при буржуазной демократии всегда заканчиваются ярмом на шее у простого человека.

Эта история показывает, что массовое разочарование ещё не означает понимания происходящего. Когда люди теряют веру во всё сразу, они начинают искать спасителя.

Но в политике не бывает простых решений и не бывает человека, который всё исправит за остальных.
Только политэкономическое самообразование и самоорганизация могут стать спасательным кругом в этом бесконечном потоке громких обещаний, идеологических мифов и политических иллюзий. Это требует отказа от идеалистических догм и веры в то, что обществом управляют какие-то особые, недосягаемые и всезнающие люди.

Историю делают не герои-одиночки, а массовые организации, стоящие на фундаменте рационального материалистического понимания управления и производства.

Иначе выбор всегда будет сводиться лишь к тому, какой именно клоун выйдет на сцену следующим.

Перелет через величественные Анды и Буэнос-Айрес с высоты птичьего полёта.
В следующем посте расскажу про выборы Милея и о том, почему аргентинский опыт сегодня так актуален.
О том, как общественная апатия, политическое невежество и вера в простые решения могут привести к последствиям, которые потом придется расхлёбывать следующим поколениям.

Porcos - позор Чили

К передыдущему посту.
Carabineros de Chile — национальная полиция Чили с военной структурой и жёсткой дисциплиной. Её регулярно критикуют за жестокость во время протестов, отношение к мигрантам и высокую популярность ультраправых взглядов внутри структуры.

В Латинской Америке, в том числе и в Чили, полицию классически называют porcos — «свиньи». Иногда — псами режима. Но именно образ «свиней» устойчив и понятен ещё со времён протестов в Англии и черных пантер в США.

С этими «свиньями» нашей группе пришлось столкнуться лично.

Как-то мы ехали на очередные залежи лития высоко в Андах. В одном месте высота перевала доходила почти до 5000 метров. В какой-то момент одной из участниц нашей экспедиции — девушке-кубинке — стало плохо. Сначала началась сильная одышка, затем паника, а вместе с недостатком кислорода состояние стало ухудшаться ещё быстрее.

У нас с собой был небольшой кислородный баллон, но он быстро закончился. Первый раз в жизни видел, как человеку настолько плохо становится в горах.
Недалеко находился международный пограничный переход между Чили и Аргентиной — Пасо-де-Сан-Франсиско, примерно 4700 метров над уровнем моря. Там располагалась полицейская и пограничная станция. Мы подъехали просить помощи.

Сначала полицейские сказали, что у них есть большой кислородный баллон. Но потом что-то изменилось. Они начали тянуть время, переговариваться между собой, а затем в итоге отказались помогать. Формально — потому что кислород предназначен для самих полицейских. Но по разговорам и интонациям стало понятно, что роль сыграло то, что девушка была кубинкой.

Помогли в итоге обычные мужики на мотоциклах, которые видели всю ситуацию и дали нам свой баллон. С ним мы смогли спуститься обратно примерно до 3500 метров, где ей постепенно стало легче.

P.S. На фото и видео те самые высокогорные перевалы в Андах. Все материалы с пограничным переходом пришлось удалить под надзором полицейских.

«Вы что, хотите как в Париже Сантьяго?»

По тому, насколько фривольно чувствует себя полиция в буржуазном обществе, можно судить о накале социальной и классовой борьбы.

В Чили, в Сантьяго, я практически не видел целых полицейских автомобилей — вмятины, следы столкновений, разбитые стёкла. На некоторых участках дорог стоят военизированные кордоны. А в момент нашего пребывания в стране по новостям рассказывали, как в одну из полицейских машин закинули гранату.

По состоянию общества и общему настроению ощущается вялотекущий, латентный гражданский конфликт — общество выглядит глубоко поляризованным, а напряжение чувствуется даже в повседневных деталях.

В странах Латинской Америки это особенно бросается в глаза. Где-то полицейский выглядит как обычный патрульный, а где-то — как штурмовик: броня, тяжёлое снаряжение, бронированные машины.

После социального кризиса и массовых протестов 2019–2020 годов общество в Чили заметно радикализировалось — одновременно и вправо, и влево.
В туристических магазинах продаются футболки с Пиночетом, висящие рядом с Альенде. И это довольно точно отражает внутренний раскол страны.

Левые движения в Чили по-прежнему очень многочисленны, о чём говорит хотя бы масштаб протестов 2019 года, когда на улицы выходили сотни тысяч человек. Но в основном это реформисты и социал-демократы, для которых демократический приход к власти Сальвадора Альенде до сих пор остаётся важным политическим символом.

Одним из последствий протестов стала попытка переписать конституцию, связанную ещё с эпохой Пиночета. В 2020 году большинство граждан поддержало идею новой конституции на референдуме.

Но спустя годы воз, как говорится, и ныне там.
При этом национализм в Чили ощущается гораздо сильнее, чем во многих других странах Латинской Америки.
Чуть позже расскажу про один показательный случай на границе Чили и Аргентины.