«Рабочий и колхозница» Веры Мухиной появились в Париже в 1937 году на Всемирной выставке. Это был ивент, где страны соперничали не только в технологиях, но и вообще во всём. Советская пара высотой 24,5 метра (а с постаментом — все 60 метров!) мчалась вперёд с серпом и молотом — первая в мире монументальная скульптура из нержавеющей стали, собранная как инженерный аттракцион, имела оглушительный успех.
Французская пресса называла работу «стальной поэмой», а парижская публика — неожиданно — полюбила её. Настолько, что после закрытия выставки во Франции заговорили: «А не оставить ли скульптуру себе?».
Известный факт: с Эйфелевой башней у парижан отношения всегда были сложные — «слишком утилитарная», «слишком инженерная», а известный писатель Ги де Мопассан и вовсе обедал в ресторане башни только потому, что «это единственное место, откуда её не видно».
На фоне Эйфелевой башни динамичные фигуры Мухиной казались идеальным акцентом: мол, вот это настоящая эстетика XX века — энергия, движение, металл, который умеет быть красивым. Даже «великий и ужасный» Пабло Пикассо, писал:
Как прекрасны советские гиганты на фоне сиреневого парижского неба!
Но СССР был непреклонен: скульптура уехала домой — и стала одним из самых узнаваемых символов эпохи. А что Париж? Ему осталась история о том, как он однажды почти украсил себя произведением советского модернизма.
♥️ Подписаться | Задать вопрос