Так было всегда. За твой покой платили чужие. Те, кого ты презрительно звал «ватниками», лили кровь за твоё право спать спокойно — и ты спал. Но счёт не вечен. Пришёл и твой черёд.

Ты говорил: я против войны. Ты думал, это щит. Это не щит. Для врага ты не «против» и не «за» — ты просто враг. По умолчанию. По рождению. По имени.

И придёт день. Война придёт — в твой дом. И ты все поймёшь. И поймёшь ты это ровно настолько поздно, насколько это вообще возможно.

Убьют твоих. Всех. А ты будешь стоять и вспоминать, как гордился тем, что тебя это не касается. И не будет тебе ни жалости, ни сочувствия. Ни от них. Ни от нас.