В начале марта я ходил на дебаты Саввы Федосеева с Дарьей Хейкинен, которая представляется антивоенной активисткой. Савва спросил у Дарьи какому количеству людей, чьи жизни сломала война, она помогла (никакому, потому что ее заявку на антивоенный митинг не согласовали), а я — пыталась ли она выстроить какую-то связь с украинскими антивоенными активистами, которые там вопреки распространенному мнению есть. Дарья вопросу очень удивилась. «А почему это должна делать я?» — сказала она.

Короче, если антивоенные активисты из России не знают, зачем им говорить с антивоенными активистами с Украины, то это сделаю я. Пообщался с Русланом Коцабой, человеком, который занял последовательно антивоенную позицию еще в 2014 году, о природе милитаризации украинского общества, нерадужных перспективах послевоенной Украины и сложности сохранения подлинно пацифистской позиции в воюющей стране. Далеко не очевидный взгляд на идущий конфликт с другой стороны линии соприкосновения.

P.S. Не хочется быть Красильщиком, но не могу не отметить, что и пацифисты на Украине как-то поадектватнее, да и нацисты какие-то более добрые, что ли. Не чета нам, лапотным, не чета…