Будущее, которого нет

Кроме альтернативной истории, до колик люблю еще один поруганный жанр фантастики – недалекое будущее. Альт-хистори обязано безобразным пятном на репутации попаданцам, а книги и фильмы о завтрашнем дне — жертвы не только графомании, но и крохотного бюджета.

Весь конец прошлого века небольшие западные студии с удовольствием снимали фантастические боевики и триллеры о событиях грядущих через 10, 20, 30 лет. Увы, сценарии зачастую писались лениво, неряшливо, без футуристического огонька и «будущее» в итоге напоминало плохо загримированное настоящее.Были и чудесные исключения из правил. В предложенных ими версиях нашей современности тоже много не угадано или случилось в точности до наоборот. Зато безошибочно пойман дух времени. Дам пару примеров.

Герои «Странных дней» режиссера Кэтрин Бигелоу живут на рубеже 1999 и 2000 годов, при этом сам фильм снят всего за 5 лет до описываемых событий. Киберпанк-притча рассказывает о мире в котором виртуальная реальность пишется прямо с коры головного мозга и через глаза людей. Шлем и записывающее устройство позволяют снять слепок всего, что чувствовал их носитель в момент записи: от удовольствия до страшной боли.

Продвинутая технология почти сразу начинает использоваться для записи подпольных фильмов самые безобидные из которых обычная порнуха. Есть записи и жестче вроде момента неудачного ограбления и убийства. Неизбежно, сюжеты «виртуалок» становятся все мрачнее пока не появляется снафф: неизвестный маньяк насилует и убивает женщин записывая как свои, так и их ощущения – более того, он надевает жертвам шлем и соединяет со своим, превращая расправы в акты неописуемого садизма. Противостоит ему бывший коп, ныне VR-барыга Ленни (Ральф Файнс). Он носится по новогоднему Лос-Анджелесу, сталкиваясь с маньяком, теряя друзей и обретая новых в борьбе сначала с одиночкой, а потом уже со всей системой.

Тонкое, умное кино в свое время провалилось, а сейчас смотрится, как обреченное повторяться словно запись из шлема, пророчество о темной стороне технологий. В кино угадана не только тема метавселенной, фальшивой жизни в цифровом мире и появления способов управлять другими людьми словно своими игрушками(зачем еще нужен онлифанс), но и, внезапно – неизбежность новых расовых бунтов против жестокости полиции.

Короче, посмотрите и сделайте свои выводы. А следующий вечер можно провести с «Крепостью». В ней альфа-герой сыгран еще молодым и великим Кр. Ламбертом. Тут он брошенный в частную тюрьму экс-офицер спецназа США. Куда интереснее причина по которой он в нее попал — зачал второго ребенка с женой, после чего пытался бежать в Канаду. В середине XXI века, согласно нарративу, Америка введет еще более жесткую политику деторождения чем Китай — наивные люди прошлого века очень боялись перенаселения, не задумываясь о старении и вымирании бездетного общества.

Зато главный злодей невероятно актуален – это даже не начальник тюрьмы, а стоящий над ним ИИ. Именно он превращает жизнь зэков в ад. Нейросеть контролирует каждый аспект жизни(проникая даже во сны) внутри гигантской подземной колонии — землескреба каждый этаж которого изолирован от остального здания, связанного только лифтовой шахтой. Адский колодец и управляющая им машина принадлежат «Мегакорпу», хайтековской компании, разрабатывающей электронику, ПО и биомедицинские технологии.

Герою предстоит пережить бесчеловечные пытки и попытку стереть личность с помощью погружения в виртуальное ШИЗО(метавселенную!). Однако, ему удастся преодолеть коварство корпоративной нейросети и доказать — ИИ и либертарианство могут быть повержены. Тюремный киберпанк куда проще тонкого цифрового кружева Бигелоу, но есть в нем какое-то особое послевкусие, присущее всем произведениям о несбывшемся будущем.

Многое в «Странных днях» и «Крепости» не угадано, многое — еще может с нами случится. Пожалуй, в этом их главное очарование, напоминающее о хрупких цветах, засушенных между желтыми страницами романа Хайнлайна, а может Гаррисона или Желязны.