Хочу ввести в оборот несколько терминов: эмоциональная булимия, desánimo (эдакий эквивалент русской тоски, но в испанском колорите), избыток идентичности и лаборатория бессмысленности.

Дело в том, что я одновременно сейчас читаю лекции по цифровой психологии в МФТИ, где мы обсуждаем AI и Human–AI Interaction, и глубоко погрузилась в вопрос того, что происходит — и уже произошло — с психикой человека в медиапространстве и виртуальности.

И параллельно я готовлю материал к «Экзистенциальной Перезагрузке». Читаю одновременно:

— Хосе Карлоса Руиса — он такой хулиган, надо вам сказать;
— Ирвина Ялома — это классика, куда без него;
— а сверху полирую это всё Альфредом Лэнгле, перечитывая заметки с двух встреч, на которых он рассказывал о том, как работать с людьми в ситуации, когда мы все находимся в полном хаосе, прогнозировать события сложно, мир ускоряется и по-прежнему не даёт ответов на вопрос, как проживать свою жизнь, — только рекомендации о том, какие товары приобрести.

Мир и раньше-то был хаотичен, но с 2020 года все так закрутилось, чего я вам говорю - сами знаете.

Меня здесь интересуют несколько вещей: гиперстимуляция, цифровая среда, распылённая идентичность, бегство от скуки, необходимость постоянно реагировать и предъявлять себя.
И момент, когда наша организация мира рассыпается, а мотивов и энергии собрать её заново нет.

У Руиса это — desánimo.
У Набокова - русская тоска.
У меня - прекрасный термин лиминальность: старая форма уже не держит, новая ещё не возникла.

И вот я в этом "бардо", как лотос в прорубе.

Первая человеческая реакция на распад формы — обычно не создать новую. А поскорее найти что-нибудь, что перестанет шататься.
Готовую идентичность. Систему координат. Работу. Веру. Концепцию. Иногда — другого человека, который наконец скажет, кто я и как мне жить.

В общем, найти какого-нибудь Другого, который вернёт нам приятное ощущение понятного мира и внятного пути в нём.

При этом цифровая среда требует от нас быть собой — но желательно быть собой -узнаваемым способом-. У Бодрийяра есть прекрасный термин - "наименьшее маргинальное различие".
Все хотят быть особенными, но чем сильнее стараются отличаться, тем легче становятся считываемым типажом - бежевые мамы и соевые папы, альтушки и тюбики, фитнес-няшки и масики.

Система массового потребления продаёт нам не уникальность как таковую, а наборы различий, через которые мы персонализируем себя внутри уже готового кода. Короче, даже бунт неплохо бы выбрать из предложенного каталога.

Нельзя просто ходить на вокал и плохо петь. Рисовать нелепые картины, потому что тебе нравится.
Заниматься чем-то без цели стать в этом успешным.
А если уж можно — будь добр, красиво упакуйся в образ бунтаря.
Чтобы мы хотя бы понимали, какой контент тебе показывать.

Много проживать, немедленно предъявлять, получать реакцию, переходить к следующему — не переваривая опыт.

Не сфоткал - значит, не было!

Избыток впечатлений при недостатке интеграции. Вот она наша эмоциональная булимия - кайфожорство напоказ себе и другим.

И мой рабочий ответ на привычный распад форм и уклада последних лет — пока карандашом на полях, без радикализма:
Устойчивость — это не неизменность содержания. Это непрерывность авторства.

За последние недели я накопала столько всего, что хочу перестать разговаривать сама с собой и обсудить это с живыми людьми.
Поэтому давайте устроим онлайн-чаепитие.

Приходите вместе думать о внутренней форме, идентичности, гиперстимуляции, свободе, скуке, AI, desánimo, лиминальности, лотосах в проруби и русской тоске.

Про избыток идентичности и лабораторию бессмысленности я ещё отдельно поговорю, а то мы с вами до чаепития этот пост не закончим.

Когда: 10 октября, 19:00, онлайн.
Ссылку повешу в день трансляции. Запись будет.

Если собираетесь прийти — маякните в комментариях. Я напомню.