— Послушайте, — сказал Андрич, выставив руку, словно хотел предотвратить дальнейшие слова Рене. — Я благодарен вам за беспокойство, мисс…? Она протянула ему студенческий билет и водительские права, но он лишь мельком взглянул на них. — Если бы у одной из моих команд возникли проблемы, мои сотрудники уже сообщили бы мне. Я уверяю вас, что разберусь с этим, но…

Рене увидела, что дверь начинает закрываться, и встала в проёме, чтобы её задержать. — Мистер Андритч, — сказала она как можно более приятным тоном, — я ехала всю ночь, чтобы хоть как-то спасти его жизнь. Я бы предпочла, чтобы вы сейчас сопроводили меня в замок Эвермор, но если вы хотите подождать, пока о вашей школе не расскажут в утренних новостях, — это ваш выбор. Он нахмурился, не собираясь идти, но Рене не стала ждать приглашения. «Статья готовится к отправке на полдюжины сайтов, и автор готов поделиться сенсационной новостью с Кэти Фердинанд для её утреннего шоу».

— Откуда у тебя вообще эта информация? — потребовал Андрич, и Рене свободной рукой быстро нажала на телефоне крестик. — Ты выдвигаешь против меня серьёзные обвинения, юная леди, и мне не нравится, когда меня принуждают.

— Я бы предпочла этого не делать, — сказала Рене. — Мы обе знаем, сколько денег поставлено на чемпионат в этом году, независимо от его исхода. Наши школы слишком много выиграют, если доведут дело до конца. Но я не стану жертвовать Жаном. Помоги мне спасти его, и мы оба забудем об этом разговоре. Пожалуйста.

Телефон Андрича зазвонил, прежде чем она закончила. Он проигнорировал её и ответил на звонок раздражённым «Да?» Он снова попытался закрыть дверь, но Рене подставила руку и ногу. Он бросил на неё предупреждающий взгляд, но она не испугалась. «Да, алло? Можешь дать мне просто...»

Андрич замер и успокоился, слушая их, а Рене сверлила его взглядом, пока Стефани ходила вокруг него. Она считала секунды между его протестами «Это крайне незаконно» и «Какие у меня есть доказательства, что это не какая-то дурацкая шутка», и в сумме получилось столько минут потраченного впустую времени, что Рене захотелось оставить его здесь.

Первым планом было полностью обойти Андрича и отправиться прямиком в Эвермор. Стефани отговорила её от этой затеи, стараясь не спрашивать, как Рене собирается обойти там систему безопасности. Им нужен был Андрич на их стороне. Им нужен был надёжный свидетель. Без него у них ничего не было. Даже если бы она смогла добраться до Жана самостоятельно — они не смогут меня остановить, мама — как бы она его удержала? Рене знала, что Стефани права, так же как и то, что ближайший хозяйственный магазин откроется только через час. Она была не против того, чтобы взломать его, но в долгосрочной перспективе это навредило бы им всем.

Наконец Андрич повесил трубку. На его лице было кислое выражение, которое не соответствовало страху в его глазах, и Рене заметила напряжение в его властном жесте, когда он приглашал её войти. Она задумалась о том, что, если Андрич больше беспокоился о своей ученице или о репутации своей школы, но ей было всё равно, лишь бы добиться желаемого результата. Рене вошла, вежливо сказав «спасибо», и встала в стороне, чтобы он мог закрыть и запереть дверь.

Андрич проигнорировал её и сделал ещё один звонок. «Тренер Морияма, это Луис. Мне нужно встретиться сегодня утром с одним из ваших Воронов, Жаном Моро». Он немного послушал, и его брови удивлённо поползли вверх. «Нью-Йорк? О, мне жаль это слышать. Конечно, семья должна быть на первом месте. Примите мои соболезнования в связи с вашей утратой. Да, конечно. Да, я могу перенести встречу, это не так срочно». Мы можем обсудить это, когда ты вернёшься в город.

Значит, силой, — устало подумала Рене, но тут Андрич повесил трубку и указал на неё. — Не с места. Я собираюсь одеться и вызвать охрану.

И, скорее всего, проверить его электронную почту, потому что Стефани наверняка отправила ему предварительный просмотр своего разоблачительного материала на целую страницу.