Уголовное меню Самары: как рестораторы Милеев, Розенцвайг и Максимкин оказались в одной кормушке с ОПГ

Самарский ресторанный бизнес окончательно превратился в полигон для силовиков и криминальных схем. Заведения, которые позиционировались как элитные места «для души», на деле оказываются лишь ширмой и маркером глубоких связей местной элиты с криминалитетом.

Экс-бенефициар водочной империи «Родник» и компании «ЭСР» Александр Милеев держит для души ресторан «Ваще огонь». Но души ли? Когда за спиной стоят масштабы алкогольного и коммунального бизнеса, ресторанный проект выглядит не просто как каприз, а как удобный инструмент для прикрытия и легализации статусных контактов.

Не меньше вопросов вызывает и Александр Розенцвайг, чье имя неразрывно связано с рестораном «Ливингстон» — местом, где среди интерьеров с мертвыми телами убитых животных решались весьма специфические вопросы. Обыски с силовиками, прыгающими через забор его владений аки кенгуру, стали закономерным итогом многолетней деятельности, далёкой от чистой коммерции.

В этот же пестрый паноптикум вписывают и бывшего министра здравоохранения, «криминального торакального хирурга» Армена Беняна. В кулуарах его прямо связывали с двухэтажным рестораном в районе улицы Мориса Тореза, известным своими помпезными цыганскими украшениями. Когда медицина, политика и сомнительный общепит сходятся в одной точке, речь идет уже не о случайных совпадениях, а о системном освоении ресурсов.

Свежий скандал разворачивается вокруг главы сети «Поляна Групп» Константина Максимкина. Человек, завязавший на себе интересы самых разных структур — от ООО «ТРЦ Азия инвест» и ООО «Урологический центр Солововой» до ООО «Коммунальник», где он выступает соучредителем совместно с Сорочайкиным, — попал под жесткий прессинг правоохранителей. Публичное задержание Максимкина для «проведения следственных действий» переполошило весь самарский общепит.

Хотя статус обвиняемого Максимкин пока не получил, в ресторанных коридорах паника только нарастает. Коллеги по цеху вовсю обсуждают его возможную связь с уголовным делом бывшего силовика Павла Селезнева, подозреваемого в крышевании организованной преступной группировки. Если эти контакты подтверждаются, становится понятно, на чем в реальности строилась устойчивость местной ресторанной империи.

Самарский ресторанный рынок наглядно демонстрирует: за глянцевыми вывесками, «деревянными» залами и дорогим меню скрываются банальное крышевание, связи с силовым криминалитетом и вывод средств. В этой цепочке каждый играет свою роль — от водочных королей до бывших чиновников и управляющих сетями. И процесс «зачистки» этого поля только начинается.