Визит Уиткоффа и Кушнера ожидаемо не привел ни к чему, кроме формального рестарта переговорного процесса, вставшего на паузу весной, с началом американской агрессии против Ирана (но по сути оказавшегося в тупике и безо всяких внешних обстоятельств).

Администрация Трампа продолжает использовать Уиткоффа в качестве «хорошего полицейского», понимающего и воспринимающего позицию Москвы, в противовес формально более жесткой риторики некоторых других членов правящей команды.

Его главная содержательная задача, видимо, в мягкой и неконфронтационной форме донести то, что в принципе и так понятно, но все же требует вербального изложения: позиция США к условно постанкориджскому процессу урегулирования. Она проста: Вашингтон готов продолжать сопровождение переговорного процесса, но делать ничего особенно не собирается, во всяком случае с точки зрения давления на Киев и Европу и их прямого или косвенного принуждения к тем или иным формулам. В отношении Москвы у США заряжен некий набор неприятных мер в виде «закона Грэма» и возможной корректировки позиции относительно, например, поставок расходников для «Пэтриотов» - впрочем, вряд ли Уиткофф в ходе разговора потрясал этой дубинкой. Тем более, что потенциальная эффективность всего этого для изменения российской позиции может оказаться весьма невысокой. Данный арсенал лучше оставить для внутризападного употребления.

Некоторая интрига связана с загадочными «новыми идеями», о которых какое-то время назад упоминал госсекретарь Рубио и которые теперь не дают покоя экспертам и аналитикам - не привез ли Уиткофф. Тут ответ прост - даже если и привез, вряд ли они имеют фундаментальное значение для переговорного процесса. Ситуация такова, что чисто дипломатическими методами и решениями противоречия не разрешить и процесс с мертвой точки не сдвинуть. Но можно навести суету, поспекулировать новыми предложениями, например, о перемириях в разных сферах. Это американская дипломатия любит.

Фундаментально скорее всего речь шла о возобновлении прямых российско-украинских контактов в той или иной конфигурации - этим ранее заканчивались все предыдущие итерации дипломатической активности господина Уиткоффа. Однако подготовительный процесс к этим контактам может занять хоть всю осень, а при желании и дольше - достаточно напомнить, что между Анкориджем и первыми российско-украинскими контактами прошло несколько месяцев.

Москве тут объективно спешить некуда, так как время в данном случае работает скорее на нее ввиду наличия объективных военных задач, решение которых способствует и укреплению переговорных позиций. У Вашингтона же нет стимула подстегивать процесс - к выборам уже не успеть, да и все остальные дедлайны прошли. Можно вести процесс в том темпе, в каком идет.