– Внеочередное заседание клуба 27 объявляю открытым, – председатель аккуратно позвенел колокольчиком, – Коллеги, у нас есть новый кандидат на вступление в клуб, просят срочно рассмотреть.
– Почему срочно? куда торопимся? – спросил кто-то.
– Сложная ситуация… Принесли из канцелярии, говорят не поймут куда его определить, то ли в ад, то ли к нам. Он уже пять лет маринуется, нехорошо.
– Ну давайте послушаем, что он играет.

Председатель молча надел очки, покрутил в руках кассету, вставил в магнитофон, щелкнул клавишей. Некоторое время все собравшиеся молча прислушивались.

– Это дрель? – уточнил кто-то.
– Коллега, ну что вы, это перфоратор!
– Но это же не музыка!
– Все музыка, что исходит из сердца, – хором парировала половина клуба.
– Ну это уже перебор! Ну мы так докатимся до того, что дабстеперов принимать будем!
– Я вообще-то уже тут, – возмутился кто-то.
– Коллеги, давайте к делу, – остановил перепалку председатель, – Формально под условия он попадает. Музыкант, умер в 27.
– Подождите, но это должен быть не просто музыкант. А влиятельный, великий!
– Он что, стадионы своей дрелью собирал?

Председатель снова зазвенел колокольчиком, призывая к тишине.

– Друзья, спокойнее. В этом и сложность. Влиятельность ведь не про массовость. Если, допустим, его исполнение позитивно повлияло хотя бы на одного человека, этого разве мало? Если он подтолкнул кого-то к свету своей музыкой.
– И… Что тут за история? На кого он так хорошо повлиял, что канцелярия предлагает его к нам отправить?
– Ну… Тут сложно…
– Есть осязаемые свидетельства его влияния?
– Да, вот, коллеги, внимание на экран. Это скриншоты домового чата.

Председатель включил проектор. Несколько минут все молча вглядывались в картинки.

– Ну… Видал я вещи и похуже, конечно… – растерянно протянул кто-то.
– Я нет.
– А теперь посмотрите на скриншоты того же чата после того, как наш кандидат… как бы это… Два года давал ежедневные концерты.

Некоторое время все рассматривали новые картинки.

– Какое… Единодушие…
– Я так поняла, его влияние как музыканта в том, что все жильцы дома…
– Отбросили рознь, стали сопереживать друг-другу, в общем-то … объединились, – помог председатель.
– И более того, оказались связаны клятвой…
– Religio, – озвучил кто-то, – Вот почему канцелярия настаивает.
– Ну да, – согласился председатель.

Некоторое время все задумчиво молчали.

– А как он умер? – спросил кто-то.
– Благодарные слушатели его линчевали.
– Ах вот почему либо в ад, либо к нам…
– Но как он их объединил… Какой глубокий душевный порыв вызвал…
– Но в итоге-то…

Некоторое время все молчали.

– Коллеги, давайте голосовать, – предложил председатель, – Кто за то, чтобы… Перфораторщик виртуоз пополнил наши ряды?