Все эти парни в кино всегда такие красивые и стильные, когда работают в студии. А что, если это действительно влияет и повышает тонус личности, подумал я, нарядился в концертный костюм, поставил волосы лаком и поехал на сведение альбома «Does».

Воспитание всячески отговаривало меня ехать на такси, делая выбор в пользу маршрутки. Пятнадцать минут в гору до остановки дались нелегко. Я держал руки в карманах и прижимал куртку к штанам, не позволяя ветру оскорблять мою намокшую от пота синтетическую рубашку. Голова тоже вспотела, отчего каждый новый порыв ощущался особенно остро. Волосы трепыхались, спутывались и лезли в лицо. Поправлять их не было смысла, а применить ободок или шапку значило проиграть. Я твёрдо стоял на своём.

Пассажиры дребезжащей Газели обкладывали меня взглядами. Кто-то с интересом, кто-то с агрессией, а кто-то с сожалением. Уже через час, собрав всех попутных зрителей, я вышел на другом конце города, где в принципе не предполагалось наличие длинных волос у людей с пенисом. На удивление без приключений дошёл до студии и был встречен комплиментом от звукорежиссёра за свой образ и смелость.

Час или два изо всех сил я старался сохранять эффект, но в итоге понял, что это не только не помогает, но сильно мешает творческому процессу. Я оформил ободок на волосы, засучил рукава и, расстегнув пуговицу на джинсах, провёл в такой позиции весь оставшийся день и половину ночи, до полной готовности альбома.

С тех пор я выпендриваюсь только в строго отведённое время, за деньги и по сговору двух и более лиц.