Больные не лечатся души таблетками,
Кому, как не мне, это знать?
Когда небо тучами, и машет ветками,
Себя по осколкам выхожу собирать

В наполненных холодом, взглядах прохожих,
Шуме песен из окон такси.
Впитать дореми города порами кожи,
Фасоляси, Боже, нас от горя спаси.

Высотки сутулятся, под них сбегаются,
По улицам часто дыша,
Все те, кто боятся, что небо повалится,
Надравшись до визга крепких слез Иртыша.

В лицо небосвод свинцом палит без промаха,
Но он не наносит урон.
Я к бойне привык, себя чувствую дома как,
Среди крыс помойных и могильных ворон.

Когда же закончится эта бессоница,
Похожая на вечный сон?
В воскресном трезвоне Успенского звонницы,
Очнуться хочу, как под будильника звон.

Все чаще мне кажется, что я Лебовски, и
Никак не найду свой ковер.
По блядским, цыганским окраинам Омска,
За ним я иду, сквозь череду афер.

Такой невысокий, как в Асгарде Локи.
Моя Родина где? Чей я сын?
Не Один, так кто создал меня одиноким?
Сколько помню себя, я всегда был один.

Больные не лечатся души таблетками,
Кому, как не мне, это знать?
Танцуя чечетку, слетев с табуретки,
Омичом четким, точно не стать.

Мне нужно еще разобраться с делами,
Заранее выбить свое имя на камне,
Ты смертушка, это..
Целовать меня обожди.

Пока постучу рифмами - кандалами,
Что длани сжимая, ты нежно дала мне.
С сибирским приветом,
Твой возлюбленный каторжник.