В конце 2010-х, когда западный мир охватило движение #MeToo, Таиланд остался в стороне. Дело в том, что местные законы о клевете — одни из самых жестких в мире. Если ты рассказываешь что-то, что может нанести урон репутации другого человека или компании (даже если это отзыв на отель или ресторан), то тебя могут заставить доказывать в суде, что твои обвинения — правдивы. В противном случае тебе может грозить до 5 лет лишения свободы.
Так что до последнего момента тема сексуализированного насилия нечасто звучала в публичном поле, особенно — когда жертвами насилия становились мужчины.
Все поменялось в течение нескольких последних месяцев: о пережитом опыте публично рассказал Сирануд Скотт, наследник семьи Бхиромбхакди — одной из самых богатых в Таиланде. Их главный актив — пивоваренная компания, производящая пиво Singha (оценивается в $1,3 миллиарда).
Сирануду — 30 лет, он — открытый бисексуал и известный в Таиланде борец за экологию. Ребенком он, по его словам, подвергся сексуализированному насилию со стороны его няни. Та заботилась о Сирануде с самого его рождения, в то время как родителей он почти не видел. По его словам, он полностью доверял няне, пока однажды, когда ему было 8 лет, та вдруг не «сняла с себя штаны и уселась на него верхом».
Еще более травмирующие события последовали годом позже. Его 15-летний брат Сунит приехал из английской школы-интерната домой на каникулы и взял за привычку принуждать его к оральному сексу. По словам Сирануда, насилие продолжались еще 4 года. Однако он никому не рассказывал об этом — с рождения заброшенный родителями, он
«не считал себя достойным любви и заботы и полагал, что его обязанность — молчать и притворяться, чтобы не мешать жить другим».
В интервью изданию The New York Times Сирануд Скотт заявил, что изначально у него не было плана выступать со своими обвинениями публично. Только после длительного курса психотерапии он смог говорить о том, что происходило с ним в детстве, и попробовал рассказать об этом матери.
Ответом с ее стороны стал выговор. Она потребовала от Сирануда, чтобы тот свою историю больше никому не рассказывал. Правда, вскоре он услышал, что она-таки уволила няню.
После провалившейся попытки найти поддержку у матери, Сирануд окончательно отдалился от семьи, сосредоточившись на работе — он стал советником директора Департамента национальных парков Таиланда. Пока не узнал, что мать вернула работу няне и ездит в путешествия с его старшим братом.
Это побудило Сирануда опубликовать у себя в фейсбуке пост о насилии со стороны няни. Через три месяца его тетя пригласила на «семейный совет», обсудить ситуацию. Там Сирануд отозвал брата в отдельную комнату, где в открытую обвинил в изнасиловании.
Втайне он записал всё на диктофон. С 20-минутной записью ознакомилась журналистка The New York Times. Вот как она описывает ее содержание:
«Это не то, что брат должен когда-либо чувствовать. Это не просто сексуализированное насилие, Пи [прозвище Сунита в семье]. Это инцест. И я был ребенком».
Другой собеседник отвечает, что в то время не понимал, что делает. Он говорит:
«Я никогда не смогу исправить того, что сделал с тобой».
В конце семейной встречи мать и тетя предложили Сирануду «выкуп за молчание» — $300 000 единовременно и еще по $150 000 ежегодно. Сперва он согласился, но в итоге рассказал историю о няне-насильнице и безразличной семье на ТВ.
За это в январе 2026 года мать подала на сына в суд. (В тайском законодательстве есть статья о «неблагодарных детях», которые «порочат родителей»). Также его отлучили от наследства и стремятся забрать имущество, подаренное ему дедом.
В мае Сирануд опубликовал обвинения в адрес брата. Теперь он намерен добиться против него уголовного наказания.
История Скотта запустила мощную социальную волну у него на родине. Многие тайцы его поддержали и отреагировали на это своими сообщениями о сексуализированном насилии в семьях.