Сидя на пассажирском сиденье "Буханки", я смотрел в ночь и закуривал уже вторую сигарету за последние 10 минут. Правое колено привычно упиралось в бардачок, левая же нога никак не могла найти свое место среди кувалды, штыря и площадки. Переводил взгляд на "Булат", который орал без остановки, потом снова за окно. Ночь была лунная и безоблачная, мне это не нравилось.

— Ща подъезжать будем, я фары выключу, — сказал Жук.
— Ты и днём-то дорогу не знаешь, да и фары похуй, в теплак нас всё равно видно.

Выехали на дорогу к полям и посадкам. "Булат" ненадолго замолчал, а потом снова взял новую октаву, сопровождая это эквалайзером из своих 4-5 полос.
"Вот сейчас последний резкий поворот, и мы почти на месте", — подумал я, придерживая дверь, которая постоянно пыталась открыться. Привычно перескочив через распаханный край поля, мы влетели в посадку. Начался отсчет контрольного "безопасного" времени. Вся работа делалась молча и практически на ощупь. Выскочив со своего места, я схватил штырь, кувалду, площадку и треклятый ветряной маячок. Подбежав к краю посадки, быстро оценил ветер, поставил маячок и стал забивать штырь в площадку. Иногда для разнообразия, забивая штырь кувалдой, я представлял себя "Роджером" и думал о тех событиях, где меня не было... Да, собственно, и никого "не было"... Забив штырь, я бегом вернулся к машине, по ходу дела посмотрев, как Жук устанавливает консоль (крыло) на борт. "Шпильку нормально загни", — мимоходом напомнил я ему. Забрав катапульту и баллон для её накачки, я вернулся к площадке, поставил, подкачал...

— Гнездо, замку... Гнездо, замку... Заводим! — услышал я голос своего напарника. — Гнездо, замку, гнездо, замку.
— На приеме.
— Лёнька, ты уснул что ли там, старый?

Начались проверки борта, проходили мы их быстро, без лишних слов и терминов. "Да, да, да, жму, боюсь, норма" — вот и весь разговор.
Поставили борт на катапульту, выровняли...
— Давай, давай, давай! — ору я в рацию. Тишина... — Давай, давай, давай! — Ничего не происходит...
— Ебучий тупой ублюдок снова затупил, — слышу голос командира расчёта в рацию.
— Делайте что хотите, у нас время идёт, через минуту свернёмся! — отвечаю.
Жук в это время застыл на катапульте с веревками для запуска, готовый сразу же дёрнуть их после запуска двигателя.
— Блять, долго...
"Булат", решив, что без него слишком тихо, снова начал орать с новой силой. Нужно было принимать решение:
— Гнездо, что у вас?
— Пару малых, пару малых.
— Ебаный в рот, блять, я того рот ебал!
Время поджимало, начал мерещиться свист ФПВ, звуки "Химарса", какого-нибудь ударника и шаги толпы ДРГ. Нужно было принимать решение как можно быстрее.
— Гнездо, гнездо, мы...
— Готово!
— Давай, давай, давай!
Двигатель завыл и набрал обороты. Выстрел!
— Штатно.
Быстро закидав всё в машину, мы выскочили из посадки и понеслись со скоростью гонщиков "Формулы-1" вдоль неё.
— Семь минут... Если бы ублюдок не тупил, было бы четыре, и это был бы рекорд, — сказал я, снова закуривая.
— Ну, я там груши видел, надо мимо них проехать, — ответил Жук.

Через 40 минут начали работать "Ураганы".