u"" для юникодовых строк, что вкупе со сменой типа для строк с байтов на юникод по умолчанию делало фактически невозможным написание кода, работающего на обеих версиях языка. До какого-то момента в Python 3 не было форматирования для байтовых строк через %, что тоже доставляло немало страданий. Похоже, изначальный план миграции действительно был такой, что люди просто резко перепишут весь свой код на Python 3, а вторую версию языка можно будет спокойно выкинуть. Лишь через несколько лет и несколько мажорных релизов появилась и нормально заработала эта идея универсальных библиотек, совместимых с обеими ветками языка, что позволило и конечным проектам тоже постепенно переписываться, шаг за шагом, не ломая совместимости со старым языком, продолжая приносить пользу. Появились прослойки совместимости, типа six. Если бы такая тактика была выбрана изначально, то, вероятно, миграция закончилась бы намного раньше и прошла бы куда плавнее. Может быть за эти 7 лет сообщество успело бы развить хорошую экосистему пакетирования библиотек, а не тот хаос, который мы имеем сейчас. Или асинхронщина была бы постабильнее и повылизаннее. Язык и так популярный и крутой, но мог бы быть ещё популярнее и круче, если бы не было потрачено столько сил на миграцию. Если бы, если бы, если бы.Люблю угарать над проектами и командами, которые так и остались на втором питоне. Я отлично понимаю, что это самые несчастные люди среди нас всех, но они сами себе злобные буратины. Мне самому скорее повезло не иметь дел со вторым питоном, хотя я бы на это уже и не согласился ни за какие коврижки. Именно из-за этих буратин, коих осталось меньшинство, многие популярные библиотеки до сих пор держат совместимость со старым языком, лишая большинство своих юзеров новых классных фич (например,
urllib3, requests и boto3, у которых тайп-аннотации до сих пор доступны лишь через типизированный сарай). И мы до сих пор продолжаем вспоминать старое, потому что оно не уходит. А ведь хотелось бы давно уже про всё это забыть. Поэтому я и шучу про ретроградов, чтобы не было так печально. И продолжу шутить, пожалуй.