"Ревность" 1/1

Была у Данзаса привычка. Не вредная, по мнению большиства, но крайне неприемлемая по мнению Николая — лапать всех вокруг. Не прям лапать, конечно, но вечно трогать: притянуть к себе за плечо или запястье, обнимать мимолетно, толкать плечом легонько. Но хуже всего была его привычка таскать на руках то Пушкина — крайне возмущенного такими намеками на его рост — то Пущина. А Ваня даже не возмущался! Это Коле нравилось ещё меньше. И нет, то, что по итогу Романов, а не Данзас, лежал у Пущина между ног, ничуть не умаляло возмущения Николая.
— А Дарзас давн..
— Данзас, — бурчит Ваня. Чуть ёрзает под Колей, удобнее устраиваясь.
— Неважно, — Романов складывает руки на груди. — Как давно вы знакомы?
— С начала обучения, а что та...
— Ясно, — вопрос Коля игнорирует. Слышит, как Ваня тяжело вздыхает. Опускается на кровать. Кладет руки на плечи Романова и слегка массирует.
— Дурак ты, — заявляет Пущин. Коля сглатывает. Поворачивает голову.
— Вань...
— Дурак-дураком, — Романов жмурится, чувствуя чужие губы на своей щеке. Поворачивается немного, чтобы поцеловать уже самому.

И снова моя любимая мигалочка 🙏💟 Я считаю нужно на нее подписаться 😏
#пущилаи