Сымон – талантливый скрипач. Его прогоняют из дома, и ему предстоит пройти сложный путь, чтобы найти свой собственный. Подробнее лучше читать самим, язык у Коласа мелодичный. Даже если не слишком знать белорусский, всё равно легко читается.
Адгадаць яе не мог,
Але чуў ён, чуў душою,
Сэрцам чуткім і жывым
У тым звоне штось такое,
Што жыло і ў ім самім.
Ды ніхто не знаў тых струнаў,
Патайных ніцей душы,
Што злучаюць гук пярунаў
З немым голасам цішы;
Бо і ў той цішы зацятай
Есць і голас і свой твар,
Разнастойны і багаты,
Поўны музыкі і чар.
Но я вообще хочу рассказать о другом. О том, что поэму уже ставили лучшие режиссёры театра кукол Беларуси, и она довольно значимая в этом контексте.
Есть две известнейшие постановки «Сымона-музыки» в Белорусском театре кукол (г. Минск). Первая – спектакль Анатолия Лелявского 1982 года. Вторая – спектакль его сына, Алексея Лелявского, 1990 года. О более ранних постановках я ничего не знаю и, судя по всему, это не классическое произведение для театра кукол. На тот момент.
Интересно, что взгляды двух Лелявских на судьбу Сымона были прямо противоположные. Если Лелявский-старший считал, что у музыканта всё обязательно получится, Лелявский-младший же не разделял этого оптимизма.
Фото №1. Сделано мной в музее при Белорусском государственном театре кукол.
Фото №2. Найдено на просторах интернета.
Где чьи куклы – не указано. Художница везде одна – Алина Фомина. Предположу, что 1 фото – Алексей Лелявский, 2 фото – Анатолий Лелявский. Но нужно бы уточнить.