Традиционализм и космизм

Иногда приходится слышать, как сторонники традиционализма не просто презрительно относятся к русскому космизму, а вообще называют его сторонников во главе с Николаем Федоровым самым бранными словами, предлагая этот феномен вообще вычеркнуть из горизонта русской философии.

Традиционалисты мыслят себя такими наднациональными интернационалистами, но, по сути, западными интеллектуалами, у которых, кстати, намешано столько эзотерики, мистицизма, чуждых философии, и для которых важен лозунг «традиционалисты всех стран, объединяйтесь». Они не чувствительны к национальной философии, поэтому для них, скажем, Эвола гораздо ценнее не только Федорова, но и Хомякова, Киреевского, Достоевского, Платонова и вообще всех русских философов вместе взятых.

Говоря о русском космизме и философии общего дела Федорова, которые полностью, кстати, не тождественны, общее у них то, что это глубинное и корневое проявление русского духа, русской культуры, русской метафизической и нравственной идеи, которая близка русскому человеку, его сердечным запросам и устремлениям. И в этом смысле русский космизм и есть подлинный русский традиционализм.

О чем западный традиционализм? В чем его метафизическое, нравственное послание, значимое для русской традиции? Для него таковой просто не существует, как и для всех западных снобов.

Важно все-таки то, что Ницше – во многом вершинная фигура в западной философии – благоговел перед русской литературой и культурой в целом. Конечно, не нужно искать одобрения и признания даже у таких западных русофилов как Ницше, но все же это весьма показательно. И при всем интересе к традиционализму в западном его варианте, это все-таки далеко не самое важное для русской философии и культуры явлении.