ПАЛАЧ И КОРОЛЬ

«Один лишь глава государства властен над жизнью и смертью граждан своей нации, и один лишь палач непосредственно осуществляет эту власть. Он оставляет суверену её престиж, а сам получает её позор» (Р. Кайуа, «Социология палача»)

Статьи Р. Кайуа чудовищно актуальны. Да, у нас нет короля и нет палача, но они есть как символы; смертная казнь отменена, должности и звания преобразились, но миф продолжает довлеть над ними. Впрочем, кто-то всерьёз мнит себя королём, а кто-то – палачом, не так ли?

Между тем, примечательно, что в Европе и вообще на Западе палачи существовали до последних времён, по сути, как отдельный институт, притом родовой («палачами» становились по наследству или преемственно, точно эта обратная и заклеймённая сторона власти – тёмный «монархический род»), в то время как у нас в России палачами сперва становились добровольцы или избранные из «молодых гулящих», а ближе ко времени Революции и далее роль палачей всегда исполняли те или иные силовые структуры: военные, НКВД, милиция, тюремные надзиратели и т.п. И это вполне коррелируется с тем общепринятым у нас ощущением страха при виде людей в форме: мы все прекрасно осознаём, что те, кто должен защищать и оберегать наши права – «Служа закону – служу народу!» – под именем этого же закона могут действовать, как каратели.

В наше время мы уже не проводим такой разительной границы между сувереном и палачом, и прекрасно понимаем, что наш Людовик XVI в ответе за те чудовищные деяния, что вершат палачи. Мы не снимаем с них ответственности и клеймим позором, но клеймим позором и короля, верховного главнокомандующего, раздающего приказы. Всё дело в том, что кровавой историей была выстрадана демократия, в которой королю нет больше места. «Людовик должен “либо царствовать, либо умереть”. Он не гражданин, и не может ни голосовать, ни носить оружие … В монархии он стоит выше них; в республике он оказывается вне общества просто потому, что был королём. “Нельзя царствовать безнаказанно”».

Парадокс в том, что на палачей мы возлагаем и особые надежды: ведь это они должны будут именем закона исполнить наказание (такова их учесть). Ещё у Р. Кайуа: «Смертная казнь короля поражает народ изумлением и страхом и выступает как высшая точка революций. В ней соединяются два противоположных полюса общества, она отдаёт один из них на заклание другому и образует как бы временную победу сил хаоса и перемен над силами порядка и стабильности». В наше время никто не желает ни кровавой революции, ни смертной казни. Как было сказано, роли изменились, и этот миг справедливости может составить новость о том, что бывшего президента Франции арестовали, признав виновным в коррупции.

Статья «Социология палача» была написана Р. Кайуа в 1939 году в связи повышенным вниманием СМИ к смерти французского палача Анатоля Дейблера, но и, безусловно, в связи с повисшей над Европой гитлеровской угрозой. А вот статья «Головокружение» написана уже в 1945, после войны. Они небольшие. Очень рекомендую. Про «Головокружение» – но уже в аспекте игры – может, ещё напишу.