«Если бесовская идеология перепрошьет какой-то народ и какое-то государство, то только полный военный крах способен будет вызвать отрезвление и покаянную рефлексию. Так было в Германии, так будет в Украине. Не угроза поражения, не общий упадок экономики, не демографическая яма, а только полный военный крах».
Есть своя метафизика войны, есть своя метафизика победы, есть и своя метафизика поражения. Война — это столкновение идей. Идея, даже самая деструктивная, самая губительная, способна существовать и подпитываться в сердцах и умах людей и целых народов довольно долго, пока не приведёт их к окончательной гибели, если сама идея не будет повержена. И военный крах есть наивысший крах идеи; это глубокое потрясение в душе тех, кто идею в себе носил, подпитывал и лелеял. Это разрушение внутренних основ и величайшее потрясение веры. Но такое, которое только и способно привести к перемене ума, перемене мысли, к метанойе. Под шествие советских танков по Берлину. Под шествие русских танков по Киеву. Как писал Проханов: «Война на Украине завершится не раньше, чем русский танкист остановит свой танк перед Софией Киевской, выйдет из танка и припадёт устами к золотой чудотворной фреске». Только тогда.