Я как-то думал о соборности. Можно ли перевести это слово, самим звучанием однозначно присущее только русской философии, на другие языки? Видимо, нет, но можно ли найти ему, по крайней мере, соответствие, понятие, с которым его можно соотнести? И размышляя об этом, я вдруг обнаружил, что наиболее подчёркнутым соответствием ему является немецкое Gestalt — не в том значении, которое известно нам из психологии, а в том, в котором его употреблял Шпенглер: как завершённая целесообразность содержания и формы.

Гештальт есть предельное стремление Ratio, Соборность — предельное стремление Логоса. То есть, соборность и гештальт являют собой предельные стремления двух различных начал: Logos в русской культуре, и Ratio в западной, и тем соответствуют друг другу, но именно здесь прослеживается и кардинальное различие: с одной стороны — целость/единство духовное, с другой стороны — целость/единство телесное, формальное. Различие этих стремлений столь велико, что они и не находят себе выражения в других языках.