Как говорят многочисленные информаторы, в конструкции власти сохраняются скрытые признаки ослабления институциального фактора Путина.
После мятежа Пригожина и фактического проигрыша партии бешенных партии государственников, Путин институационально продолжает настойчиво восстанавливать свой статус, свидетельством чего является ослабление группы Шойгу и военной фракции, и ослабление группы Патрушева и силовой партии как таковой.
Именно борьба с силовой фракцией является в настоящем главным вектором политического активизма Путина.
И объяснение этому есть.
Политический режим буквально структурировал институт преемников как альтернативы.
На сегодняшний день в конструкции российской власти существует только две институции.
Первая- конституционная- премьер Мишустин. Вторая - силовая - до сих пор не оформленный кандидат.
Мишустин - де-факто признанный кандидат в наследники Путина.
Вокруг него формируется достаточно широкая коалиция бизнеса и чиновников, ощущающих в премьере реальную альтернативу на случай трансформации режима.
При этом необходимо учитывать, что Мишустин- гражданский силовик, обладающий потенцией создавать коалиции и предлагать собственную политическую повестку.
Но против Мишустина уже сложилась широкая коалиция - от администрации президента, группы Чемезова и впк. Но на стороне Мишустина бизнес, банки, регионы и в целом- бюджет.